Судебные решения, арбитраж
Найм недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья Московского городского суда Князев А.А., рассмотрев кассационную жалобу истца М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., направленную по почте 11 ноября 2014 года и поступившую в суд кассационной инстанции 17 ноября 2014 года, на решение Зюзинского районного суда города Москвы от 26 февраля 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08 августа 2014 года по гражданскому делу по иску М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда города Москвы об установлении факта нахождения на иждивении и признании права пользования жилым помещением,
установил:
М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., обратилась в суд с иском к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда города Москвы об установлении факта нахождения на иждивении и признании права пользования жилым помещением, ссылаясь на нарушение своих прав и прав несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. по вине ответчика.
Решением Зюзинского районного суда города Москвы от 26 февраля 2014 года в удовлетворении заявленных М. в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., исковых требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08 августа 2014 года решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе истец М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., ставит вопрос об отмене решения суда и апелляционного определения судебной коллегии, считая их незаконными и необоснованными.
Изучив кассационную жалобу, исследовав представленные документы, судья приходит к следующим выводам.
В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Подобных нарушений в настоящем случае по доводам кассационной жалобы не усматривается.
Из представленных документов следует, что спорное жилое помещение представляет собой ...комнатную квартиру, расположенную по адресу: город Москва, ... бул., д...., кв....; решением Зюзинского районного суда города Москвы от 16 апреля 2012 года, вступившим в законную силу, установлено, что ранее в указанной квартире была зарегистрирована К., умершая 29 сентября 2011 года; К. занимала спорную квартиру на основании договора социального найма; согласно выписке из домовой книги, свидетельствам о регистрации по месту жительства - М. и ее несовершеннолетние дети Ю.Н., Ю.Ю. зарегистрированы по адресу: ... обл., д...., д....; регистрации в спорной квартире у М. и ее несовершеннолетних детей Ю.Н., Ю.Ю. не имеется.
Обратившись в суд с настоящим иском, истец М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. указывала на то, что она с детьми фактически проживает в спорной квартире 13 лет; ранее в данной квартире проживала К., умершая 29 сентября 2011 года, которая занимала указанную квартиру на основании договора социального найма; по мнению истца М., К. находилась на ее иждивении, в связи с чем истец М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. просила суд установить факт нахождения К. на иждивении истца М., признать за истцом М. и ее детьми - несовершеннолетними Ю.Н., Ю.Ю. право пользования спорной квартирой.
Рассматривая данное дело, суд, на основании оценки собранных по делу доказательств в их совокупности, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных М. в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. исковых требований; при этом, суд исходил из положений ст. 69 Жилищного кодекса РФ, согласно которым к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя; другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство; в исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке; члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности; в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 67 Жилищного кодекса РФ наниматель жилого помещения по договору социального найма имеет право в установленном порядке вселять в занимаемое жилое помещение иных лиц; в соответствии со ст. 70 Жилищного кодекса РФ наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи; наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы; вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя; в соответствии с ч. 5 ст. 83 Жилищного кодекса РФ договор социального найма жилого помещения прекращается в связи с утратой (разрушением) жилого помещения, со смертью одиноко проживавшего нанимателя; суд исходил из того, что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каких-либо доказательств, подтверждающих, что при жизни К. находилась на иждивении истца М., а также, что К. признавала за М. и ее детьми равное с ней право пользования спорной квартирой, суду не представлено; в связи со смертью К. воля последней на вселение М. и ее детей в спорную квартиру в качестве членов семьи нанимателя, а не по иным основаниям, не подтверждена; при жизни К. заявление вселении либо о регистрации М. и ее детей по месту жительства в спорном жилом помещении не подавала; при этом, суд учитывал, что спорная квартира занималась К. на условиях договора социального найма, вследствие чего на вселение в квартиру лиц, не являющихся близкими родственниками и членами семьи нанимателя, требовалось согласие наймодателя, за которым К. также не обращалась; само по себе временное проживание истца и ее детей в спорном жилом помещении не может являться основанием считать, что они вселены в спорное жилое помещение как члены семьи нанимателя с равными с ним правами на жилое помещение; при таких обстоятельствах, поскольку истцом М. не представлено каких-либо доказательств, могущих свидетельствовать о том, что при жизни К. находилась на ее иждивении, а также, что истец и ее дети вселены в спорную квартиру на условиях возникновения у них равного с нанимателем квартиры - К. права пользования квартирой, постольку суд пришел к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, установления факта нахождения К. на иждивении истца М., признания за истцом М. и ее несовершеннолетними детьми Ю.Н., Ю.Ю. права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>, не имеется.
С данными выводами суда по существу согласилась судебная коллегия, которая по мотивам, изложенным в апелляционном определении судебной коллегии, оставила решение суда без изменения, дополнительно указав на то, что не могут быть приняты во внимание доводы истца М. о том, что за время совместного проживания с К. она (М.) помогала ей материально, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ данные доводы объективно ничем не подтверждены; доводы истца М. о том, что судом не учтено волеизъявление К. о приватизации спорной квартиры для последующего завещания данной квартиры в собственность истца М. также не могут быть приняты во внимание, поскольку носят предположительный характер и не имеют правового значения по делу, в связи с чем подлежат отклонению; кроме того, ранее судом рассмотрен спор по требованиям М. о признании за ней права собственности на спорную квартиру в порядке наследования, в связи с заявлением нанимателя о приватизации квартиры; в удовлетворении данного иска судом отказано, решение вступило в законную силу; доводы истца М. о том, что суд не удовлетворил заявленное истцом ходатайство об истребовании архивной выписки из домовой книги по месту ее постоянной регистрации, не могут служить основанием для отмены решения суда, поскольку выводов решения такие документы опровергнуть не могут, ходатайство судом разрешено; право оценки относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи доказательств в силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ принадлежит суду; довод истца М. о том, что к участию в деле для соблюдения интересов несовершеннолетних не были привлечены органы опеки и попечительства, также не может быть принят во внимание, так как интересы несовершеннолетних представляла в суде их мать - М., в связи с чем необходимости в привлечении к участию в деле органа опеки и попечительства у суда не имелось; доводы истца М. о лишении судом истца возможности представить доказательства также не могут быть приняты во внимание, так как доказательства, имеющиеся в материалах дела, признаны судом и судебной коллегией достаточными для рассмотрения дела по существу; указанные доводы не могут служить основанием для отмены решения, поскольку ходатайства истца рассмотрены и разрешены судом в порядке ст. 166 ГПК РФ; при этом, судебная коллегия учитывала, что согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ суд вправе отказать в содействии и истребовании тех доказательств, которые стороны не лишены возможности представить самостоятельно.
Выводы суда и судебной коллегии в судебных постановлениях мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты, так как никаких существенных нарушений норм материального или процессуального права со стороны суда и судебной коллегии по доводам кассационной жалобы из представленных документов не усматривается, а правом устанавливать новые обстоятельства по делу и давать самостоятельную оценку собранным по делу доказательствам суд кассационной инстанции не наделен.
Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления другого содержания. Иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения вступившего в законную силу судебного постановления нижестоящего суда в порядке надзора (в настоящее время - в кассационном порядке). Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека в своих постановлениях, касающихся производства в порядке надзора (в настоящее время - в кассационном порядке) по гражданским делам в Российской Федерации, иной подход приводил бы к несоразмерному ограничению принципа правовой определенности.
Доводы кассационной жалобы требованиям принципа правовой определенности также не отвечают.
При таких данных, вышеуказанные судебные постановления сомнений в их законности с учетом доводов кассационной жалобы истца М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., не вызывают, а предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для отмены или изменения названных решения суда и апелляционного определения судебной коллегии в настоящем случае отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 381, 383 ГПК РФ,
определил:
В передаче кассационной жалобы истца М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., на решение Зюзинского районного суда города Москвы от 26 февраля 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08 августа 2014 года по гражданскому делу по иску М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда города Москвы об установлении факта нахождения на иждивении и признании права пользования жилым помещением - для рассмотрения в судебном заседании Президиума Московского городского суда - отказать.
Судья
Московского городского суда
А.А.КНЯЗЕВ
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА ОТ 10.12.2014 N 4Г/2-12358/14
Разделы:Найм недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 декабря 2014 г. N 4г/2-12358/14
Судья Московского городского суда Князев А.А., рассмотрев кассационную жалобу истца М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., направленную по почте 11 ноября 2014 года и поступившую в суд кассационной инстанции 17 ноября 2014 года, на решение Зюзинского районного суда города Москвы от 26 февраля 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08 августа 2014 года по гражданскому делу по иску М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда города Москвы об установлении факта нахождения на иждивении и признании права пользования жилым помещением,
установил:
М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., обратилась в суд с иском к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда города Москвы об установлении факта нахождения на иждивении и признании права пользования жилым помещением, ссылаясь на нарушение своих прав и прав несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. по вине ответчика.
Решением Зюзинского районного суда города Москвы от 26 февраля 2014 года в удовлетворении заявленных М. в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., исковых требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08 августа 2014 года решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе истец М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., ставит вопрос об отмене решения суда и апелляционного определения судебной коллегии, считая их незаконными и необоснованными.
Изучив кассационную жалобу, исследовав представленные документы, судья приходит к следующим выводам.
В силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Подобных нарушений в настоящем случае по доводам кассационной жалобы не усматривается.
Из представленных документов следует, что спорное жилое помещение представляет собой ...комнатную квартиру, расположенную по адресу: город Москва, ... бул., д...., кв....; решением Зюзинского районного суда города Москвы от 16 апреля 2012 года, вступившим в законную силу, установлено, что ранее в указанной квартире была зарегистрирована К., умершая 29 сентября 2011 года; К. занимала спорную квартиру на основании договора социального найма; согласно выписке из домовой книги, свидетельствам о регистрации по месту жительства - М. и ее несовершеннолетние дети Ю.Н., Ю.Ю. зарегистрированы по адресу: ... обл., д...., д....; регистрации в спорной квартире у М. и ее несовершеннолетних детей Ю.Н., Ю.Ю. не имеется.
Обратившись в суд с настоящим иском, истец М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. указывала на то, что она с детьми фактически проживает в спорной квартире 13 лет; ранее в данной квартире проживала К., умершая 29 сентября 2011 года, которая занимала указанную квартиру на основании договора социального найма; по мнению истца М., К. находилась на ее иждивении, в связи с чем истец М., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. просила суд установить факт нахождения К. на иждивении истца М., признать за истцом М. и ее детьми - несовершеннолетними Ю.Н., Ю.Ю. право пользования спорной квартирой.
Рассматривая данное дело, суд, на основании оценки собранных по делу доказательств в их совокупности, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных М. в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю. исковых требований; при этом, суд исходил из положений ст. 69 Жилищного кодекса РФ, согласно которым к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя; другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство; в исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке; члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности; в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 67 Жилищного кодекса РФ наниматель жилого помещения по договору социального найма имеет право в установленном порядке вселять в занимаемое жилое помещение иных лиц; в соответствии со ст. 70 Жилищного кодекса РФ наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи; наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы; вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя; в соответствии с ч. 5 ст. 83 Жилищного кодекса РФ договор социального найма жилого помещения прекращается в связи с утратой (разрушением) жилого помещения, со смертью одиноко проживавшего нанимателя; суд исходил из того, что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каких-либо доказательств, подтверждающих, что при жизни К. находилась на иждивении истца М., а также, что К. признавала за М. и ее детьми равное с ней право пользования спорной квартирой, суду не представлено; в связи со смертью К. воля последней на вселение М. и ее детей в спорную квартиру в качестве членов семьи нанимателя, а не по иным основаниям, не подтверждена; при жизни К. заявление вселении либо о регистрации М. и ее детей по месту жительства в спорном жилом помещении не подавала; при этом, суд учитывал, что спорная квартира занималась К. на условиях договора социального найма, вследствие чего на вселение в квартиру лиц, не являющихся близкими родственниками и членами семьи нанимателя, требовалось согласие наймодателя, за которым К. также не обращалась; само по себе временное проживание истца и ее детей в спорном жилом помещении не может являться основанием считать, что они вселены в спорное жилое помещение как члены семьи нанимателя с равными с ним правами на жилое помещение; при таких обстоятельствах, поскольку истцом М. не представлено каких-либо доказательств, могущих свидетельствовать о том, что при жизни К. находилась на ее иждивении, а также, что истец и ее дети вселены в спорную квартиру на условиях возникновения у них равного с нанимателем квартиры - К. права пользования квартирой, постольку суд пришел к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, установления факта нахождения К. на иждивении истца М., признания за истцом М. и ее несовершеннолетними детьми Ю.Н., Ю.Ю. права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>, не имеется.
С данными выводами суда по существу согласилась судебная коллегия, которая по мотивам, изложенным в апелляционном определении судебной коллегии, оставила решение суда без изменения, дополнительно указав на то, что не могут быть приняты во внимание доводы истца М. о том, что за время совместного проживания с К. она (М.) помогала ей материально, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ данные доводы объективно ничем не подтверждены; доводы истца М. о том, что судом не учтено волеизъявление К. о приватизации спорной квартиры для последующего завещания данной квартиры в собственность истца М. также не могут быть приняты во внимание, поскольку носят предположительный характер и не имеют правового значения по делу, в связи с чем подлежат отклонению; кроме того, ранее судом рассмотрен спор по требованиям М. о признании за ней права собственности на спорную квартиру в порядке наследования, в связи с заявлением нанимателя о приватизации квартиры; в удовлетворении данного иска судом отказано, решение вступило в законную силу; доводы истца М. о том, что суд не удовлетворил заявленное истцом ходатайство об истребовании архивной выписки из домовой книги по месту ее постоянной регистрации, не могут служить основанием для отмены решения суда, поскольку выводов решения такие документы опровергнуть не могут, ходатайство судом разрешено; право оценки относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи доказательств в силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ принадлежит суду; довод истца М. о том, что к участию в деле для соблюдения интересов несовершеннолетних не были привлечены органы опеки и попечительства, также не может быть принят во внимание, так как интересы несовершеннолетних представляла в суде их мать - М., в связи с чем необходимости в привлечении к участию в деле органа опеки и попечительства у суда не имелось; доводы истца М. о лишении судом истца возможности представить доказательства также не могут быть приняты во внимание, так как доказательства, имеющиеся в материалах дела, признаны судом и судебной коллегией достаточными для рассмотрения дела по существу; указанные доводы не могут служить основанием для отмены решения, поскольку ходатайства истца рассмотрены и разрешены судом в порядке ст. 166 ГПК РФ; при этом, судебная коллегия учитывала, что согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ суд вправе отказать в содействии и истребовании тех доказательств, которые стороны не лишены возможности представить самостоятельно.
Выводы суда и судебной коллегии в судебных постановлениях мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты, так как никаких существенных нарушений норм материального или процессуального права со стороны суда и судебной коллегии по доводам кассационной жалобы из представленных документов не усматривается, а правом устанавливать новые обстоятельства по делу и давать самостоятельную оценку собранным по делу доказательствам суд кассационной инстанции не наделен.
Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления другого содержания. Иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения вступившего в законную силу судебного постановления нижестоящего суда в порядке надзора (в настоящее время - в кассационном порядке). Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека в своих постановлениях, касающихся производства в порядке надзора (в настоящее время - в кассационном порядке) по гражданским делам в Российской Федерации, иной подход приводил бы к несоразмерному ограничению принципа правовой определенности.
Доводы кассационной жалобы требованиям принципа правовой определенности также не отвечают.
При таких данных, вышеуказанные судебные постановления сомнений в их законности с учетом доводов кассационной жалобы истца М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., не вызывают, а предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для отмены или изменения названных решения суда и апелляционного определения судебной коллегии в настоящем случае отсутствуют.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 381, 383 ГПК РФ,
определил:
В передаче кассационной жалобы истца М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., на решение Зюзинского районного суда города Москвы от 26 февраля 2014 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 08 августа 2014 года по гражданскому делу по иску М., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Ю.Н., Ю.Ю., к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда города Москвы об установлении факта нахождения на иждивении и признании права пользования жилым помещением - для рассмотрения в судебном заседании Президиума Московского городского суда - отказать.
Судья
Московского городского суда
А.А.КНЯЗЕВ
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)