Судебные решения, арбитраж
Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:
председательствующего Косарева И.Э.
судей Алексеевой Г.Ю., Свирской О.Д.
при секретаре В.Н.
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам А.С., В.С. на решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2012 года, которым им отказано в удовлетворении иска к А.В. о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения.
Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Свирской О.Д., выслушав объяснения истцов А.С. и В.С., представителя истцов - О.Г. поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ответчика А.В. - Е.Н. представителя третьего лица ОАО "..." - Ж.В. полагавших решение подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
установила:
В.С. <...> г. р., А.С., <...> г. р., и В.А. <...> г. р., обратились в суд с иском к А.В. о признании недействительным договора купли-продажи от 13 сентября 2008 года, заключенного в отношении 3-х комнатной квартиры <адрес>, общей площадью N кв. м.
В обоснование заявленных требований истцы указали, что спорная трехкомнатная квартира принадлежала им на праве общей долевой собственности на основании договора купли-продажи от 19 мая 2008 года.
Истцы являются лицами из числа детей, оставшихся без попечения родителей. Окончили специальную (коррекционную) школу по программе YIII (для детей с диагнозом <...>). В 2006 году закончили обучение в ПТУ. До настоящего времени состоят на учете в психоневрологическом диспансере.
В сентябре 2008 года их общий знакомый А.Ю. предложил им оформить сделку, в результате которой в собственность истцов взамен указанной квартиры должно было быть передано другое жилое помещение в виде комнаты, а также произведена доплата денежных средств. Истцы с таким предложением согласились.
11 сентября 2008 года в помещении ОАО "..." при участии работников Банка истцы подписали договор, суть которого ими понята не была. Одновременно под диктовку работника Банка и А.Ю. также помогавшего в оформлении документов, истцы составляли расписки о получении денежных средств. Какой размер денежных средств был указан в расписках, истцы не помнят. Все расписки сразу после их составления истцы передали А.Ю. После этого истцы находились в ожидании получения денежных средств, однако другое жилое помещение и деньги им переданы не были.
В мае 2011 года от сотрудников Благотворительного фонда "...", куда истцы обратились за социальной помощью, им стало известно, что в действительности квартира была ими продана и собственником принадлежавшего им жилого помещения теперь является А.В.
Ссылаясь на то, что в момент совершения сделки они находились в состоянии, когда не были способны понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем не понимали суть подписываемых ими документов, при этом доверяли официальному представителю Банка, который присутствовал при совершении сделки и участвовал в составлении документов, истцы просили признать договор купли-продажи квартиры недействительным на основании статьи 177 Гражданского кодекса РФ.
Ответчик А.В. при рассмотрении дела в суде первой инстанции исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать по причине пропуска срока исковой давности (т. 1 л.д. 106).
Представитель третьего лица ОАО "...", участвовавший при разбирательстве дела, исковые требования полагал необоснованными.
Представитель третьего лица ООО "..." просил рассмотреть в свое отсутствие, возражений по иску не представил.
Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2012 года А.С. В.С. в удовлетворении исковых требований отказано. Определением того же суда от 17 сентября 2012 года исковые требования В.Н. выделены в отдельное производство.
Полагая постановленное по делу решение незаконным и необоснованным, истцы в апелляционных жалобах просят его отменить и принять новое решение об удовлетворении исковых требований, указывая на нарушение судом первой инстанции при рассмотрении дела норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, определив рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица ООО "...", надлежащим образом извещенного о времени и месте апелляционного разбирательства дела, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
Согласно статье 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
При рассмотрении дела судом установлено, что на основании договора купли-продажи от 19.05.2008 В.С., А.С. В.Н. и В.А. на праве общей долевой собственности принадлежала 3-х комнатная квартира <адрес>, общей площадью N кв. м.
В.С. являлся собственником 160/469 долей квартиры с правом пользования комнатой размером N кв. м, А.С. - собственником 117/469 долей квартиры с правом пользования комнатой размером N кв. м, В.Н. и В.А. - собственниками по 96/469 долей квартиры каждый с правом пользования комнатой N кв. м (т. 2 л.д. 42).
Договор купли-продажи квартиры от 19.05.2008 зарегистрирован 05.06.2008.
По договору купли-продажи от 11.09.2008 В.С. А.С. В.Н. и В.Н. произвели отчуждение квартиры ответчику А.В.
Согласно пункту 1.4 договора купли-продажи стоимость квартиры составляет N руб., из которой цена доли В.С. - N руб. N коп., цена доли А.С. - N руб. N коп., цена доли В.Н. - N руб. N коп., цена доли В.Н. - N руб. N коп.
Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что полный расчет между покупателем и продавцами производится за счет кредита, который предоставляется Банком покупателю в день подписания настоящего договора. Уплата покупателем продавцам денежных средств в размере N руб. производится не позднее следующего рабочего дня со дня получения покупателем кредита в Банке.
Из материалов дела следует, что в этот же день между ОАО "..." и А.В. заключен кредитный договор от 11.09.2008 N по условиям которого Банк предоставил А.В. кредит в сумме N руб. для приобретения в собственность и последующего капитального ремонта (производства иных неотделимых улучшений) квартиры <адрес>
Одновременно при оформлении указанных сделок 11.09.2008 между продавцами спорной квартиры В.С. А.С., В.Н. и В.Н. и покупателем А.В. подписано дополнительное соглашение N 1 к договору купли-продажи от 11.08.2008, в соответствии с которым пункт 1.4 договора купли-продажи изменен и по соглашению сторон цена квартиры установлена в сумме N руб. (т. 2 л.д. 161 - 162).
В нарушение п. 1 ст. 452, п. 3 ст. 433 ГК РФ указанное дополнительное соглашение на государственную регистрацию представлено не было, в то время как оспариваемый договор купли-продажи квартиры зарегистрирован 23.09.2008.
Оспаривая договор купли-продажи спорной квартиры, истцы указывали, что они являются выходцами сиротских учреждений, по окончании которых в 2006 году Администрацией г. Санкт-Петербурга по договору социального найма им была предоставлена 3-х комнатная квартира <адрес>. В 2008 году указанная квартира была отчуждена при посредничестве их общего знакомого А.Ю. который обещал истцам приобрести другое жилое помещение меньшей площадью с доплатой денежных средств. Когда, кому и на каких условиях отчуждена указанная квартира им не известно. О том, что в их собственность по договору купли-продажи от 19.05.2008 была оформлена спорная квартира в г. Всеволожске они не знали, хотя признают, что подписи на договоре от имени покупателей принадлежат истцам. Объясняют данное обстоятельство, что неоднократно подписывали документы, суть которых не понимали, поскольку доверяли А.Ю. обещавшему выгодно решить жилищные и финансовые проблемы истцов. Денежных средств за спорную квартиру в г. Всеволожске они предыдущему собственнику не передавали, никаких расчетов не производили, непосредственно саму квартиру не осматривали и ни разу в ней не были. В сентябре 2008 года также при посредничестве А.Ю. в помещении ОАО "..." ими был подписан договор купли-продажи спорной квартиры в пользу покупателя А.В. При подписании указанного договора полагали, что это продолжение сделки по отчуждению квартиры на <адрес>, по которой истцы продолжали ожидать получение другого жилого помещения и денежных средств. Поскольку оформление документов происходило в помещении ОАО "..." и все документы проверялись работником Банка, то у них не возникло сомнений в правильности заключаемой сделки. Расписки о получении денежных средств писались под диктовку А.Ю. и также проверялись сотрудником Банка. После составления всех документов, расписки остались у А.Ю. который пояснил, что деньги будут переданы после завершения всех формальностей. Однако ни денег, ни другого жилого помещения истцам передано не было, А.Ю. стал скрываться и больше его истцы не видели.
Материалами проверки КУСП-1063 от 06.03.2011 установлено, что согласно свидетельству о смерти серии N от 12.03.2009 А.Ю. умер, причина смерти: механическая асфиксия - повешение, тело обнаружено по месту жительства.
Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в нарушение статьи 56 ГПК РФ истцами не представлено доказательств, подтверждающих, что в момент совершения договора купли-продажи от 11.09.2008 А.С. и В.С. находились в таком состоянии, когда они не были способны понимать значение своих действий или руководить ими.
Между тем, судебная коллегия находит, что выводы суда, положенные в основу решения, не соответствуют обстоятельствам дела.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов Ленинградского областного психоневрологического диспансера Комитета по здравоохранению Ленинградской области от 31.05.2012 N, у В.С. N г.р., имеется <...>, о чем свидетельствуют данные анамнеза, материалы настоящего гражданского дела о наличии у него <...>, обучения по коррекционной программе. После окончания школы получил профессиональное образование, однако по специальности не работал, не смог самостоятельно организовать свой быт и трудоустроиться, работал в течение жизни лишь непродолжительное время. Указанный диагноз подтвердился при настоящем клиническом и экспериментально-психологическом обследовании, выявившем <...>. В юридически значимый период по своему психическому состоянию, характеризующемуся <...>, вследствие чего и с отсутствием жизненного опыта у него была ослаблена способность осмыслить юридическую суть сделки, ее правовые последствия, вследствие чего В.С. не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Не доверять заключению комиссии экспертов оснований не имеется, поскольку оно составлено мотивированно и подробно, при проведении экспертизы экспертами использованы методы клинико-психопатологического исследования (анамнез, катамнез, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств) в сочетании анализом данных соматоневрологического состояния. При даче заключения экспертами исследованы материалы настоящего гражданского дела, материалы КУСП-4321, медицинская документация В.С. а также проведено клиническое обследование самого В.С. (т. 2 л.д. 141 - 153).
Отвергая заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов Ленинградского областного психоневрологического диспансера 31.05.2012 N, и не принимая его в качестве доказательства, суд первой инстанции указал, что данное заключение опровергается ранее данным заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов от 23.06.2008 N, согласно которому у В.С. выявлено легкое <...>, что при сохранности критических и прогностических функций не лишало его в период инкриминируемых ему действий способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.
Судебная коллегия находит, что вывод суда о том, что ранее данное заключение экспертов от 23.06.2008 опровергает последующее заключение экспертов от 31.12.2012, является неправильным и необоснованным, поскольку заключение от 23.06.2008 было дано на основании постановления дознавателя ОД МОБ УВД по СПб на метрополитене от 29.05.2008 в рамках уголовного дела N, по которому В.С. инкриминировалось незаконное приобретение 06.05.2008 наркотических средств. Основным предметом исследования в рамках указанной экспертизы от 23.06.2008 являлся поставленный дознавателем вопрос, мог ли подэкспертный осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в момент инкриминируемых ему действий по приобретению наркотического вещества (06.05.2008) и на момент проведения экспертизы, в то время как предметом исследования комиссии судебно-психиатрических экспертов от 31.05.2012, проведенного в рамках настоящего гражданского дела, являлся другой вопрос: способен ли был В.С. в силу имеющихся у него заболеваний понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора купли-продажи жилого помещения от 11.09.2011.
Поскольку указанные действия В.С. (инкриминируемое ему уголовно-наказуемое деяние и совершение им оспариваемой сделки гражданского оборота) не взаимосвязаны между собой и на разрешение экспертов были поставлены разные не взаимосвязанные между собой вопросы, то основания для вывода о том, что одно экспертное заключение опровергает или противоречит другому экспертному заключению, отсутствуют. Кроме того, при составлении экспертного исследования в рамках настоящего гражданского дела от 31.05.2012 N комиссией экспертов проанализировано в том числе и заключение амбулаторной судебно психиатрической первичной экспертизы В.С. от 23.06.2008 N, проведенной в рамках уголовного дела. Указанное заключение не повлияло на выводы экспертов, что при подписании договора купли-продажи квартиры от 11.09.2008 В.С. не мог понимать значение таких действий и руководить ими.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов Ленинградского областного психоневрологического диспансера Комитета по здравоохранению Ленинградской области от 27.12.2011 N у А.С. <...> г. р., имеется <...>, о чем свидетельствуют данные анамнеза, материалы уголовного дела о наличии у него <...> (<...>), <...>, обучался по коррекционной программе. После окончания школы получил профессиональное образование, однако по специальности не работал, самостоятельно не смог трудиться. Указанный диагноз подтвердился при проведенном клиническом и экспериментально-психологическом обследовании, выявившем <...>. В юридически значимый период времени по своему психическому состоянию, характеризующемуся <...>, вследствие чего и с учетом отсутствия жизненного опыта у него была ослаблена способность осмыслить юридическую суть сделки, ее правовые последствия, А.Н. не мог понимать значение своих действий и руководить ими (т. 1 л.д. 202 - 212).
Выражая критическое отношение к заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 27.12.2011 N и не принимая его в качестве доказательства, суд первой инстанции указал, что заключение экспертов противоречит материалам КУСП-1063 от 06.03.2011 по заявлению А.Н. о незаконном лишении его жилья, из которого, как указал суд, усматривается наличие у последнего жизненного опыта. Судебная коллегия находит выводы суда в этой части необоснованными, поскольку факт неоднократного обращения А.Н. в органы прокуратуры и милиции, сам по себе, не опровергает выводы комиссии судебно-психиатрических экспертов. Кроме того, из материалов КУСП-1063 от 06.03.2011 усматривается, что инициатором таких обращений являлся Благотворительный фонд "..." (профилактика социального сиротства), куда обратились истцы за получением помощи, и сотрудники которого помогали истцам разобраться в схеме утраты ими жилья, первоначально предоставленного им по договору социального найма в г. Санкт-Петербурге, направляя потерпевших за получением информации в соответствующие органы и организации (прокуратуру, милицию, Управление Росреестра и т.д.).
Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от 27.12.2011 N является подробным и полным, при проведении экспертизы использованы методы клинико-психопатологического исследования (анамнез, катамнез, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств) в сочетании анализом данных соматоневрологического состояния. При даче заключения экспертами исследованы материалы настоящего гражданского дела, материалы КУСП-4321, медицинская документация, а также проведено обследование самого А.С.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для отклонения заключений комиссии судебно-психиатрических экспертов от 31.05.2012 N (В.С.) и от 27.12.2011 N (А.С.), поскольку суд не обладает специальными познаниями в области психиатрии и психологии, при этом экспертами при составлении заключений исследованы материалы КУСП-1063 от 06.03.2011, в том числе объяснения А.С. которые он давал органам прокуратуры и дознания, а также медицинские документы истцов, характеристики истцов с места учебы и работы, а также все иные материалы настоящего гражданского дела.
Заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 31.05.2012 N и от 27.12.2011 N соответствуют требованиям части 2 статьи 86 ГПК РФ, отвечают правилам относимости и допустимости доказательств (статьи 59, 60 ГПК РФ) и не противоречат иным материалам дела.
Судебная коллегия также находит, что о неспособности истцов в момент совершения договора купли-продажи квартиры от 11.09.2008 отдавать отчет своим действиям и понимать сущность совершаемой сделки свидетельствует то обстоятельство, что в день подписания договора каждый из истцов составил по три расписки о получении денежных средств, в то время как по условиям договора было предусмотрено, что полный расчет между сторонами в размере N руб. производится не позднее следующего рабочего дня (пункт 2.1 договора). При этом В.С. составил расписки на следующие суммы: N руб. N коп., N руб. и N руб. N коп. (всего N руб. N коп.). А.С. составил расписки на следующие суммы: N руб. N коп., N руб. N коп. и N руб. N коп. (всего N руб. N коп.).
Ответчик А.В. не оспаривал, что в день выдачи истцами указанных расписок денежные средства им переданы не были, а их расписки были помещены в индивидуальный банковский сейф в ОАО "..." по договору от 11.09.2011, доступ к которому истцы не имели. То обстоятельство, что не получив денежных средств, истцы составили расписки о фактическом получении денег, по мнению судебной коллегии, свидетельствует о том, что истцы не отдавали отчет своим действиям в момент совершения сделки.
Кроме того, условиями договора купли-продажи квартиры от 11.09.2011, прошедшего государственную регистрацию, предусмотрено, что цена квартиры составляет N руб. Цена доли В.С. - N руб. N коп., цена доли А.С. - N руб. N коп., цена доли В.А. - N руб. N коп., цена доли В.Н. - N руб. N коп.
Довод ответчика о том, что дополнительным соглашением от 11.09.2011 в пункт 1.4 договора внесено изменение, согласно которому цена квартиры составляет N руб., судебная коллегия находит несостоятельным, так как данное соглашение не было представлено на государственную регистрацию. Кроме того, в указанном соглашении предусмотрено, что во всем остальном стороны будут руководствоваться положениями договора купли-продажи от 11.09.2008. При этом, соответствующие изменения в пункт 2.1 договора купли-продажи от 11.09.2011, согласно которому полный расчет с продавцами в размере N руб. производится покупателем за счет кредита (кредитный договор от 11.08.2011 N), внесены не были. Также в дополнительном соглашении отсутствует существенное условие о цене договора с каждым из продавцов (т. 2 л.д. 161). При таких обстоятельствах, довод ответчика о том, что с истцами в надлежащей форме было достигнуто соглашение о цене договора в размере N руб., следует признать несостоятельным.
С учетом установленных по делу обстоятельств, а также принимая во внимание отсутствие у истцов жизненного опыта, практических навыков жизнедеятельности в самостоятельной жизни, наличие у них легкой умственной отсталости, поверхностность и примитивность суждений, ослабление прогностических способностей, высокую внушаемость и ведомость, что подтверждено заключением экспертов, а также принимая во внимание, что оформление сделки происходило в помещении ОАО "..." в сопровождении сотрудника банка, в том числе на бланках указанного Банка, что внушало истцам чувство уверенности и правовой защищенности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в момент совершения сделки они не отдавали отчет совершаемым действиям, не понимали правовую природу и последствия подписываемого договора, надеясь на то, что сделка, по их пониманию, совершается под контролем официального учреждения, в связи с чем были уверены, что их права не могут быть нарушены.
При таких обстоятельствах требование истцов о признании сделки недействительной по правилам статьи 177 Гражданского кодекса РФ следует признать обоснованным.
Возражая против удовлетворения иска, ответчик просил применить к предъявленным требованиям срок исковой давности, который, по мнению ответчика, пропущен истцами без уважительных причин.
В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Из материалов КУСП-3821 от 28.04.2010 УВД по Всеволожскому району Ленинградской области усматривается, что указанное дело заведено на основании жалобы Благотворительного фонда "..." (профилактика социального сиротства) от 14.05.2010 на постановление дознавателя ОБЭП об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.12.2009 по материалу проверки КУСП-14507 от 17.12.2009 по факту нарушения жилищных прав выпускников государственных детских сиротских учреждений. В последующем органом дознания неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые прокурором Всеволожского района Ленинградской области отменялись как незаконные.
Постановлением от 16.03.2011 оперуполномоченного УР 128 о/м УВД по Всеволожскому району Ленинградской области в возбуждении уголовного дела очередной раз отказано. Постановлением прокурора Всеволожского района Ленинградской области от 23.03.2011 указанное постановление дознавателя вновь отменено как незаконное, материал возвращен в УВД для проведения дополнительной проверки. В дальнейшем материал проверки КУСП был направлен по территориальности в УВД по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга, откуда 24.06.2011 возвращен по территориальности в УВД по Всеволожскому району Ленинградской области. После этого движение по делу было приостановлено по причине истребования указанного материала КУСП судом в связи с рассмотрением настоящего дела.
С настоящим иском истцы обратились в суд 07.06.2011 года.
Отказывая в удовлетворении иска по причине пропуска срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из того, что впервые в Благотворительный фонд "..." А.С. обратился 01.11.2009, после чего 25.11.2009 обратился в правоохранительные органы, что имело место после истечения срока исковой давности. При этом В.С. в правоохранительные органы по факту совершения в отношении его жилья мошеннических действий не обращался. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что истцами пропущен срок исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права, что в силу статьи 199 Гражданского кодекса РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Судебная коллегия находит вывод суда в этой части неправильным, исходя из следующего.
При обсуждении вопроса о назначении по делу судебно-психиатрической экспертизы представитель истцов настаивала на постановке перед экспертами вопроса, могли ли истцы по своему психическому состоянию самостоятельно обратиться в суд за защитой своих прав, против чего ответчик возражал (т. 1 л.д. 167, 186). В результате указанный вопрос на разрешение экспертов поставлен не был.
Тем не менее, из содержания заключения экспертов, усматривается, что психическое состояние А.С. и В.С. в момент совершения договора купли-продажи от 11.09.2008 и на момент экспертного обследования (27.12.2011 и 31.05.2012 соответственно) практически не изменилось. Судебная коллегия находит, что в отсутствие необходимых сведений о том, каким именно образом, в отношении какого жилья, когда и между кем была совершена оспариваемая сделка, истцы не имели возможности самостоятельно обратиться в суд с настоящим иском. Указанные сведения получены истцами после их обращения в ноябре 2009 года в Благотворительный фонд "...", сотрудники которого инициировали последующее обращение А.С. в правоохранительные органы с заявлением по факту возможного совершения неустановленными лицами мошеннических действий, направленных на завладение его жилищем. Постановлением оперуполномоченного УР 128 о/м УВД по Всеволожскому району от 16.03.2011 об отказе в возбуждении уголовного дела установлены обстоятельства, в результате которых квартира выбыла из собственности истцов, в том числе идентифицирован сам объект недвижимого имущества, а также стороны по договору купли-продажи. Из этого следует, что об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, истцы узнали 16.03.2011. Поскольку с настоящим иском В.С. и А.С. направляемые и руководимые сотрудниками Благотворительного фонда "...", обратились в суд 07.06.2011, то следует признать, что предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности ими не пропущен.
При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене, так как выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, при разрешении спора судом нарушены нормы материального права, что привело к принятию неправильного решения об отказе в удовлетворении иска.
В соответствии с пунктом 2 статьи 328 ГПК РФ судебная коллегия, с учетом установленных по делу обстоятельств, принимает новое решение об удовлетворении иска.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 327 - 329, пунктами 1 - 4 части первой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
определила:
решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2012 года отменить.
Принять по делу новое решение об удовлетворении иска.
Признать недействительным договор купли-продажи от 11 сентября 2008 года, заключенный между покупателем А.В., с одной стороны, и продавцами В.С., А.С., В.Н., В.А., с другой стороны, в отношении трехкомнатной квартиры <адрес>, в части 160/469 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежавших продавцу В.С. с правом пользования комнатой N площадью N кв. м, и 117/469 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежавших продавцу А.С. с правом пользования комнатой N площадью N кв. м.
Отменить государственную регистрацию права собственности А.В. на трехкомнатную квартиру <адрес>, в части 160/469 и 117/469 долей в праве общей долевой собственности на указанную квартиру.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛЕНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 06.02.2013 N 33-64/2013
Разделы:Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 февраля 2013 г. N 33-64/2013
Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:
председательствующего Косарева И.Э.
судей Алексеевой Г.Ю., Свирской О.Д.
при секретаре В.Н.
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам А.С., В.С. на решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2012 года, которым им отказано в удовлетворении иска к А.В. о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения.
Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Свирской О.Д., выслушав объяснения истцов А.С. и В.С., представителя истцов - О.Г. поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ответчика А.В. - Е.Н. представителя третьего лица ОАО "..." - Ж.В. полагавших решение подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
установила:
В.С. <...> г. р., А.С., <...> г. р., и В.А. <...> г. р., обратились в суд с иском к А.В. о признании недействительным договора купли-продажи от 13 сентября 2008 года, заключенного в отношении 3-х комнатной квартиры <адрес>, общей площадью N кв. м.
В обоснование заявленных требований истцы указали, что спорная трехкомнатная квартира принадлежала им на праве общей долевой собственности на основании договора купли-продажи от 19 мая 2008 года.
Истцы являются лицами из числа детей, оставшихся без попечения родителей. Окончили специальную (коррекционную) школу по программе YIII (для детей с диагнозом <...>). В 2006 году закончили обучение в ПТУ. До настоящего времени состоят на учете в психоневрологическом диспансере.
В сентябре 2008 года их общий знакомый А.Ю. предложил им оформить сделку, в результате которой в собственность истцов взамен указанной квартиры должно было быть передано другое жилое помещение в виде комнаты, а также произведена доплата денежных средств. Истцы с таким предложением согласились.
11 сентября 2008 года в помещении ОАО "..." при участии работников Банка истцы подписали договор, суть которого ими понята не была. Одновременно под диктовку работника Банка и А.Ю. также помогавшего в оформлении документов, истцы составляли расписки о получении денежных средств. Какой размер денежных средств был указан в расписках, истцы не помнят. Все расписки сразу после их составления истцы передали А.Ю. После этого истцы находились в ожидании получения денежных средств, однако другое жилое помещение и деньги им переданы не были.
В мае 2011 года от сотрудников Благотворительного фонда "...", куда истцы обратились за социальной помощью, им стало известно, что в действительности квартира была ими продана и собственником принадлежавшего им жилого помещения теперь является А.В.
Ссылаясь на то, что в момент совершения сделки они находились в состоянии, когда не были способны понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем не понимали суть подписываемых ими документов, при этом доверяли официальному представителю Банка, который присутствовал при совершении сделки и участвовал в составлении документов, истцы просили признать договор купли-продажи квартиры недействительным на основании статьи 177 Гражданского кодекса РФ.
Ответчик А.В. при рассмотрении дела в суде первой инстанции исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать по причине пропуска срока исковой давности (т. 1 л.д. 106).
Представитель третьего лица ОАО "...", участвовавший при разбирательстве дела, исковые требования полагал необоснованными.
Представитель третьего лица ООО "..." просил рассмотреть в свое отсутствие, возражений по иску не представил.
Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2012 года А.С. В.С. в удовлетворении исковых требований отказано. Определением того же суда от 17 сентября 2012 года исковые требования В.Н. выделены в отдельное производство.
Полагая постановленное по делу решение незаконным и необоснованным, истцы в апелляционных жалобах просят его отменить и принять новое решение об удовлетворении исковых требований, указывая на нарушение судом первой инстанции при рассмотрении дела норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, определив рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица ООО "...", надлежащим образом извещенного о времени и месте апелляционного разбирательства дела, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
Согласно статье 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
При рассмотрении дела судом установлено, что на основании договора купли-продажи от 19.05.2008 В.С., А.С. В.Н. и В.А. на праве общей долевой собственности принадлежала 3-х комнатная квартира <адрес>, общей площадью N кв. м.
В.С. являлся собственником 160/469 долей квартиры с правом пользования комнатой размером N кв. м, А.С. - собственником 117/469 долей квартиры с правом пользования комнатой размером N кв. м, В.Н. и В.А. - собственниками по 96/469 долей квартиры каждый с правом пользования комнатой N кв. м (т. 2 л.д. 42).
Договор купли-продажи квартиры от 19.05.2008 зарегистрирован 05.06.2008.
По договору купли-продажи от 11.09.2008 В.С. А.С. В.Н. и В.Н. произвели отчуждение квартиры ответчику А.В.
Согласно пункту 1.4 договора купли-продажи стоимость квартиры составляет N руб., из которой цена доли В.С. - N руб. N коп., цена доли А.С. - N руб. N коп., цена доли В.Н. - N руб. N коп., цена доли В.Н. - N руб. N коп.
Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что полный расчет между покупателем и продавцами производится за счет кредита, который предоставляется Банком покупателю в день подписания настоящего договора. Уплата покупателем продавцам денежных средств в размере N руб. производится не позднее следующего рабочего дня со дня получения покупателем кредита в Банке.
Из материалов дела следует, что в этот же день между ОАО "..." и А.В. заключен кредитный договор от 11.09.2008 N по условиям которого Банк предоставил А.В. кредит в сумме N руб. для приобретения в собственность и последующего капитального ремонта (производства иных неотделимых улучшений) квартиры <адрес>
Одновременно при оформлении указанных сделок 11.09.2008 между продавцами спорной квартиры В.С. А.С., В.Н. и В.Н. и покупателем А.В. подписано дополнительное соглашение N 1 к договору купли-продажи от 11.08.2008, в соответствии с которым пункт 1.4 договора купли-продажи изменен и по соглашению сторон цена квартиры установлена в сумме N руб. (т. 2 л.д. 161 - 162).
В нарушение п. 1 ст. 452, п. 3 ст. 433 ГК РФ указанное дополнительное соглашение на государственную регистрацию представлено не было, в то время как оспариваемый договор купли-продажи квартиры зарегистрирован 23.09.2008.
Оспаривая договор купли-продажи спорной квартиры, истцы указывали, что они являются выходцами сиротских учреждений, по окончании которых в 2006 году Администрацией г. Санкт-Петербурга по договору социального найма им была предоставлена 3-х комнатная квартира <адрес>. В 2008 году указанная квартира была отчуждена при посредничестве их общего знакомого А.Ю. который обещал истцам приобрести другое жилое помещение меньшей площадью с доплатой денежных средств. Когда, кому и на каких условиях отчуждена указанная квартира им не известно. О том, что в их собственность по договору купли-продажи от 19.05.2008 была оформлена спорная квартира в г. Всеволожске они не знали, хотя признают, что подписи на договоре от имени покупателей принадлежат истцам. Объясняют данное обстоятельство, что неоднократно подписывали документы, суть которых не понимали, поскольку доверяли А.Ю. обещавшему выгодно решить жилищные и финансовые проблемы истцов. Денежных средств за спорную квартиру в г. Всеволожске они предыдущему собственнику не передавали, никаких расчетов не производили, непосредственно саму квартиру не осматривали и ни разу в ней не были. В сентябре 2008 года также при посредничестве А.Ю. в помещении ОАО "..." ими был подписан договор купли-продажи спорной квартиры в пользу покупателя А.В. При подписании указанного договора полагали, что это продолжение сделки по отчуждению квартиры на <адрес>, по которой истцы продолжали ожидать получение другого жилого помещения и денежных средств. Поскольку оформление документов происходило в помещении ОАО "..." и все документы проверялись работником Банка, то у них не возникло сомнений в правильности заключаемой сделки. Расписки о получении денежных средств писались под диктовку А.Ю. и также проверялись сотрудником Банка. После составления всех документов, расписки остались у А.Ю. который пояснил, что деньги будут переданы после завершения всех формальностей. Однако ни денег, ни другого жилого помещения истцам передано не было, А.Ю. стал скрываться и больше его истцы не видели.
Материалами проверки КУСП-1063 от 06.03.2011 установлено, что согласно свидетельству о смерти серии N от 12.03.2009 А.Ю. умер, причина смерти: механическая асфиксия - повешение, тело обнаружено по месту жительства.
Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в нарушение статьи 56 ГПК РФ истцами не представлено доказательств, подтверждающих, что в момент совершения договора купли-продажи от 11.09.2008 А.С. и В.С. находились в таком состоянии, когда они не были способны понимать значение своих действий или руководить ими.
Между тем, судебная коллегия находит, что выводы суда, положенные в основу решения, не соответствуют обстоятельствам дела.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов Ленинградского областного психоневрологического диспансера Комитета по здравоохранению Ленинградской области от 31.05.2012 N, у В.С. N г.р., имеется <...>, о чем свидетельствуют данные анамнеза, материалы настоящего гражданского дела о наличии у него <...>, обучения по коррекционной программе. После окончания школы получил профессиональное образование, однако по специальности не работал, не смог самостоятельно организовать свой быт и трудоустроиться, работал в течение жизни лишь непродолжительное время. Указанный диагноз подтвердился при настоящем клиническом и экспериментально-психологическом обследовании, выявившем <...>. В юридически значимый период по своему психическому состоянию, характеризующемуся <...>, вследствие чего и с отсутствием жизненного опыта у него была ослаблена способность осмыслить юридическую суть сделки, ее правовые последствия, вследствие чего В.С. не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Не доверять заключению комиссии экспертов оснований не имеется, поскольку оно составлено мотивированно и подробно, при проведении экспертизы экспертами использованы методы клинико-психопатологического исследования (анамнез, катамнез, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств) в сочетании анализом данных соматоневрологического состояния. При даче заключения экспертами исследованы материалы настоящего гражданского дела, материалы КУСП-4321, медицинская документация В.С. а также проведено клиническое обследование самого В.С. (т. 2 л.д. 141 - 153).
Отвергая заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов Ленинградского областного психоневрологического диспансера 31.05.2012 N, и не принимая его в качестве доказательства, суд первой инстанции указал, что данное заключение опровергается ранее данным заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов от 23.06.2008 N, согласно которому у В.С. выявлено легкое <...>, что при сохранности критических и прогностических функций не лишало его в период инкриминируемых ему действий способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.
Судебная коллегия находит, что вывод суда о том, что ранее данное заключение экспертов от 23.06.2008 опровергает последующее заключение экспертов от 31.12.2012, является неправильным и необоснованным, поскольку заключение от 23.06.2008 было дано на основании постановления дознавателя ОД МОБ УВД по СПб на метрополитене от 29.05.2008 в рамках уголовного дела N, по которому В.С. инкриминировалось незаконное приобретение 06.05.2008 наркотических средств. Основным предметом исследования в рамках указанной экспертизы от 23.06.2008 являлся поставленный дознавателем вопрос, мог ли подэкспертный осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в момент инкриминируемых ему действий по приобретению наркотического вещества (06.05.2008) и на момент проведения экспертизы, в то время как предметом исследования комиссии судебно-психиатрических экспертов от 31.05.2012, проведенного в рамках настоящего гражданского дела, являлся другой вопрос: способен ли был В.С. в силу имеющихся у него заболеваний понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора купли-продажи жилого помещения от 11.09.2011.
Поскольку указанные действия В.С. (инкриминируемое ему уголовно-наказуемое деяние и совершение им оспариваемой сделки гражданского оборота) не взаимосвязаны между собой и на разрешение экспертов были поставлены разные не взаимосвязанные между собой вопросы, то основания для вывода о том, что одно экспертное заключение опровергает или противоречит другому экспертному заключению, отсутствуют. Кроме того, при составлении экспертного исследования в рамках настоящего гражданского дела от 31.05.2012 N комиссией экспертов проанализировано в том числе и заключение амбулаторной судебно психиатрической первичной экспертизы В.С. от 23.06.2008 N, проведенной в рамках уголовного дела. Указанное заключение не повлияло на выводы экспертов, что при подписании договора купли-продажи квартиры от 11.09.2008 В.С. не мог понимать значение таких действий и руководить ими.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов Ленинградского областного психоневрологического диспансера Комитета по здравоохранению Ленинградской области от 27.12.2011 N у А.С. <...> г. р., имеется <...>, о чем свидетельствуют данные анамнеза, материалы уголовного дела о наличии у него <...> (<...>), <...>, обучался по коррекционной программе. После окончания школы получил профессиональное образование, однако по специальности не работал, самостоятельно не смог трудиться. Указанный диагноз подтвердился при проведенном клиническом и экспериментально-психологическом обследовании, выявившем <...>. В юридически значимый период времени по своему психическому состоянию, характеризующемуся <...>, вследствие чего и с учетом отсутствия жизненного опыта у него была ослаблена способность осмыслить юридическую суть сделки, ее правовые последствия, А.Н. не мог понимать значение своих действий и руководить ими (т. 1 л.д. 202 - 212).
Выражая критическое отношение к заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 27.12.2011 N и не принимая его в качестве доказательства, суд первой инстанции указал, что заключение экспертов противоречит материалам КУСП-1063 от 06.03.2011 по заявлению А.Н. о незаконном лишении его жилья, из которого, как указал суд, усматривается наличие у последнего жизненного опыта. Судебная коллегия находит выводы суда в этой части необоснованными, поскольку факт неоднократного обращения А.Н. в органы прокуратуры и милиции, сам по себе, не опровергает выводы комиссии судебно-психиатрических экспертов. Кроме того, из материалов КУСП-1063 от 06.03.2011 усматривается, что инициатором таких обращений являлся Благотворительный фонд "..." (профилактика социального сиротства), куда обратились истцы за получением помощи, и сотрудники которого помогали истцам разобраться в схеме утраты ими жилья, первоначально предоставленного им по договору социального найма в г. Санкт-Петербурге, направляя потерпевших за получением информации в соответствующие органы и организации (прокуратуру, милицию, Управление Росреестра и т.д.).
Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов от 27.12.2011 N является подробным и полным, при проведении экспертизы использованы методы клинико-психопатологического исследования (анамнез, катамнез, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств) в сочетании анализом данных соматоневрологического состояния. При даче заключения экспертами исследованы материалы настоящего гражданского дела, материалы КУСП-4321, медицинская документация, а также проведено обследование самого А.С.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для отклонения заключений комиссии судебно-психиатрических экспертов от 31.05.2012 N (В.С.) и от 27.12.2011 N (А.С.), поскольку суд не обладает специальными познаниями в области психиатрии и психологии, при этом экспертами при составлении заключений исследованы материалы КУСП-1063 от 06.03.2011, в том числе объяснения А.С. которые он давал органам прокуратуры и дознания, а также медицинские документы истцов, характеристики истцов с места учебы и работы, а также все иные материалы настоящего гражданского дела.
Заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 31.05.2012 N и от 27.12.2011 N соответствуют требованиям части 2 статьи 86 ГПК РФ, отвечают правилам относимости и допустимости доказательств (статьи 59, 60 ГПК РФ) и не противоречат иным материалам дела.
Судебная коллегия также находит, что о неспособности истцов в момент совершения договора купли-продажи квартиры от 11.09.2008 отдавать отчет своим действиям и понимать сущность совершаемой сделки свидетельствует то обстоятельство, что в день подписания договора каждый из истцов составил по три расписки о получении денежных средств, в то время как по условиям договора было предусмотрено, что полный расчет между сторонами в размере N руб. производится не позднее следующего рабочего дня (пункт 2.1 договора). При этом В.С. составил расписки на следующие суммы: N руб. N коп., N руб. и N руб. N коп. (всего N руб. N коп.). А.С. составил расписки на следующие суммы: N руб. N коп., N руб. N коп. и N руб. N коп. (всего N руб. N коп.).
Ответчик А.В. не оспаривал, что в день выдачи истцами указанных расписок денежные средства им переданы не были, а их расписки были помещены в индивидуальный банковский сейф в ОАО "..." по договору от 11.09.2011, доступ к которому истцы не имели. То обстоятельство, что не получив денежных средств, истцы составили расписки о фактическом получении денег, по мнению судебной коллегии, свидетельствует о том, что истцы не отдавали отчет своим действиям в момент совершения сделки.
Кроме того, условиями договора купли-продажи квартиры от 11.09.2011, прошедшего государственную регистрацию, предусмотрено, что цена квартиры составляет N руб. Цена доли В.С. - N руб. N коп., цена доли А.С. - N руб. N коп., цена доли В.А. - N руб. N коп., цена доли В.Н. - N руб. N коп.
Довод ответчика о том, что дополнительным соглашением от 11.09.2011 в пункт 1.4 договора внесено изменение, согласно которому цена квартиры составляет N руб., судебная коллегия находит несостоятельным, так как данное соглашение не было представлено на государственную регистрацию. Кроме того, в указанном соглашении предусмотрено, что во всем остальном стороны будут руководствоваться положениями договора купли-продажи от 11.09.2008. При этом, соответствующие изменения в пункт 2.1 договора купли-продажи от 11.09.2011, согласно которому полный расчет с продавцами в размере N руб. производится покупателем за счет кредита (кредитный договор от 11.08.2011 N), внесены не были. Также в дополнительном соглашении отсутствует существенное условие о цене договора с каждым из продавцов (т. 2 л.д. 161). При таких обстоятельствах, довод ответчика о том, что с истцами в надлежащей форме было достигнуто соглашение о цене договора в размере N руб., следует признать несостоятельным.
С учетом установленных по делу обстоятельств, а также принимая во внимание отсутствие у истцов жизненного опыта, практических навыков жизнедеятельности в самостоятельной жизни, наличие у них легкой умственной отсталости, поверхностность и примитивность суждений, ослабление прогностических способностей, высокую внушаемость и ведомость, что подтверждено заключением экспертов, а также принимая во внимание, что оформление сделки происходило в помещении ОАО "..." в сопровождении сотрудника банка, в том числе на бланках указанного Банка, что внушало истцам чувство уверенности и правовой защищенности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в момент совершения сделки они не отдавали отчет совершаемым действиям, не понимали правовую природу и последствия подписываемого договора, надеясь на то, что сделка, по их пониманию, совершается под контролем официального учреждения, в связи с чем были уверены, что их права не могут быть нарушены.
При таких обстоятельствах требование истцов о признании сделки недействительной по правилам статьи 177 Гражданского кодекса РФ следует признать обоснованным.
Возражая против удовлетворения иска, ответчик просил применить к предъявленным требованиям срок исковой давности, который, по мнению ответчика, пропущен истцами без уважительных причин.
В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Из материалов КУСП-3821 от 28.04.2010 УВД по Всеволожскому району Ленинградской области усматривается, что указанное дело заведено на основании жалобы Благотворительного фонда "..." (профилактика социального сиротства) от 14.05.2010 на постановление дознавателя ОБЭП об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.12.2009 по материалу проверки КУСП-14507 от 17.12.2009 по факту нарушения жилищных прав выпускников государственных детских сиротских учреждений. В последующем органом дознания неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые прокурором Всеволожского района Ленинградской области отменялись как незаконные.
Постановлением от 16.03.2011 оперуполномоченного УР 128 о/м УВД по Всеволожскому району Ленинградской области в возбуждении уголовного дела очередной раз отказано. Постановлением прокурора Всеволожского района Ленинградской области от 23.03.2011 указанное постановление дознавателя вновь отменено как незаконное, материал возвращен в УВД для проведения дополнительной проверки. В дальнейшем материал проверки КУСП был направлен по территориальности в УВД по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга, откуда 24.06.2011 возвращен по территориальности в УВД по Всеволожскому району Ленинградской области. После этого движение по делу было приостановлено по причине истребования указанного материала КУСП судом в связи с рассмотрением настоящего дела.
С настоящим иском истцы обратились в суд 07.06.2011 года.
Отказывая в удовлетворении иска по причине пропуска срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из того, что впервые в Благотворительный фонд "..." А.С. обратился 01.11.2009, после чего 25.11.2009 обратился в правоохранительные органы, что имело место после истечения срока исковой давности. При этом В.С. в правоохранительные органы по факту совершения в отношении его жилья мошеннических действий не обращался. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что истцами пропущен срок исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права, что в силу статьи 199 Гражданского кодекса РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Судебная коллегия находит вывод суда в этой части неправильным, исходя из следующего.
При обсуждении вопроса о назначении по делу судебно-психиатрической экспертизы представитель истцов настаивала на постановке перед экспертами вопроса, могли ли истцы по своему психическому состоянию самостоятельно обратиться в суд за защитой своих прав, против чего ответчик возражал (т. 1 л.д. 167, 186). В результате указанный вопрос на разрешение экспертов поставлен не был.
Тем не менее, из содержания заключения экспертов, усматривается, что психическое состояние А.С. и В.С. в момент совершения договора купли-продажи от 11.09.2008 и на момент экспертного обследования (27.12.2011 и 31.05.2012 соответственно) практически не изменилось. Судебная коллегия находит, что в отсутствие необходимых сведений о том, каким именно образом, в отношении какого жилья, когда и между кем была совершена оспариваемая сделка, истцы не имели возможности самостоятельно обратиться в суд с настоящим иском. Указанные сведения получены истцами после их обращения в ноябре 2009 года в Благотворительный фонд "...", сотрудники которого инициировали последующее обращение А.С. в правоохранительные органы с заявлением по факту возможного совершения неустановленными лицами мошеннических действий, направленных на завладение его жилищем. Постановлением оперуполномоченного УР 128 о/м УВД по Всеволожскому району от 16.03.2011 об отказе в возбуждении уголовного дела установлены обстоятельства, в результате которых квартира выбыла из собственности истцов, в том числе идентифицирован сам объект недвижимого имущества, а также стороны по договору купли-продажи. Из этого следует, что об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, истцы узнали 16.03.2011. Поскольку с настоящим иском В.С. и А.С. направляемые и руководимые сотрудниками Благотворительного фонда "...", обратились в суд 07.06.2011, то следует признать, что предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности ими не пропущен.
При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене, так как выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, при разрешении спора судом нарушены нормы материального права, что привело к принятию неправильного решения об отказе в удовлетворении иска.
В соответствии с пунктом 2 статьи 328 ГПК РФ судебная коллегия, с учетом установленных по делу обстоятельств, принимает новое решение об удовлетворении иска.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 327 - 329, пунктами 1 - 4 части первой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
определила:
решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 18 сентября 2012 года отменить.
Принять по делу новое решение об удовлетворении иска.
Признать недействительным договор купли-продажи от 11 сентября 2008 года, заключенный между покупателем А.В., с одной стороны, и продавцами В.С., А.С., В.Н., В.А., с другой стороны, в отношении трехкомнатной квартиры <адрес>, в части 160/469 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежавших продавцу В.С. с правом пользования комнатой N площадью N кв. м, и 117/469 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежавших продавцу А.С. с правом пользования комнатой N площадью N кв. м.
Отменить государственную регистрацию права собственности А.В. на трехкомнатную квартиру <адрес>, в части 160/469 и 117/469 долей в праве общей долевой собственности на указанную квартиру.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)