Судебные решения, арбитраж
Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья: Гапанцова А.А.
Докладчик: Третьякова В.П.
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе
Председательствующего Третьяковой В.П.,
судей Краевой Л.В., Бойко В.Н.,
при секретаре А.,
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Третьяковой В.П.
гражданское дело по кассационным жалобам представителей Е.
на решение Центрального районного суда г. Кемерово
от 16 июня 2011 года
по иску Е. к И., Ч.Э., Управлению Федеральной службы Государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области о признании сделки, совершенной с объектом недвижимости имущества (квартирой) недействительной и применении последствий недействительности сделки,
установила:
- Е. обратился в суд с иском и просил признать недействительной сделку, в результате совершения которой право собственности на объект недвижимого имущества (квартира), расположенный по адресу: перешло к И., Ч.Э. и применить последствия недействительности сделки (двусторонняя реституция);
- обязать Управление службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области признать недействительными записи в ЕГРП о государственной регистрации права общей долевой собственности И., Ч.Э. на объект недвижимого имущества (квартира), расположенный по адресу.
Свои требования мотивировал тем, что 16 мая 2010 года его мать - К., 1935 года рождения, умерла. До дня смерти матери истец проживал с ней совместно в спорной квартире, являющейся для них единственным жильем.
Поскольку квартира является для истца единственным жильем, совершать каких-либо сделок, связанных с ее отчуждением, мать истца не собиралась.
Будучи единственным наследником первой очереди по закону после смерти матери и руководствуясь нормами ст. ст. 1141, 1142 ГК РФ, 21 мая 2010 года он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство на имущество, оставшееся после смерти мамы, в том числе на спорную квартиру.
28 мая 2010 года истец узнал, что собственниками единственного для него жилья, в котором он всегда проживал с мамой, являются совершенно неизвестные лица, а именно, И. и Ч.Э.
Считает, что договор купли-продажи квартиры, заключенный между его матерью и ответчиками является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ, так как на момент совершения сделки его мать находилась в преклонном возрасте и имела ряд хронических заболеваний, которые препятствовали ей адекватно воспринимать действительность, перенесла инсульт; имела выраженную склонность к злоупотреблению спиртными напитками, незадолго до смерти была попросту споена приходившими к ним лицами до состояния, когда уже не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, мать истца была инвалидом III группы (л.д. 2 - 6).
- В ходе рассмотрения дела истец изменил свои исковые требования, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 07 мая 2010 года, расположенной по адресу, заключенный между К. (продавец) и И. и Ч.Э. (покупатели);
- прекратить право собственности И. и Ч.Э. на квартиру расположенную по адресу;
- включить квартиру, расположенную по адресу, в наследственную массу, открывшуюся после смерти К. (л.д. 37 - 40).
Решением Центрального районного суда г. Кемерово от 16 июня 2011 года в удовлетворении заявленных требований Е. отказано в полном объеме (л.д. 213 - 217).
В кассационной жалобе представитель истца Ч просит решение суда отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей, указывая, что суд не учел заключение эксперта, в соответствии с которым Коновалова на период совершения сделки купли-продажи спорной квартиры не могла руководить своими действиями и понимать их значение.
Также суд не учел показания свидетелей Ч.У., Ч.Е.
Показания свидетелей со стороны ответчиков являются недопустимыми доказательствами, так как данные свидетели фактически по существу спора ничего не пояснили.
Суд нарушил нормы ГПК РФ, не привел мотивы, по которым он не принял во внимание показаниям представителей истца, выборочно отразил в решении суда показания свидетелей.
Вывод суда о том, что К. имела намерение продать спорную квартиру, не основан на материалах дела.
Решение суда основано на предположениях (л.д. 220 - 221).
В кассационной жалобе представитель истца Л. просит решение суда отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей, указывая, что суд не учел заключение эксперта, в соответствии с которым К. на период совершения сделки купли-продажи спорной квартиры не могла руководить своими действиями и понимать их значение.
Также суд не учел показания свидетелей Ч.У., Ч.Е.
Показания свидетелей со стороны ответчиков являются недопустимыми доказательствами, так как данные свидетели фактически по существу спора ничего не пояснили.
В судебном заседании не было установлено, что подпись в оспариваемом договоре купли-продажи выполнена К. собственноручно.
Вывод суда о том, что К. имела намерение продать спорную квартиру, не основан на материалах дела (л.д. 224 - 225).
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей истца, просивших об отмене решения суда, ответчиц И. и Ч.Э. и их представителя, просивших решение суда оставить без изменения, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.
Как видно из материалов дела и было установлено судом, 07.05.2010 года между К. и И., Ч.Э. был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (л. д. 74, 75).
16 мая 2010 года К. (г.р.) умерла.
Согласно расписке от 07 мая 2010 года, К. получила от И. и Ч.Э. деньги в сумме рублей, в соответствии с договором купли-продажи от 07.05.2010 года, за квартиру расположенную по адресу (л.д. 76).
Истец совместно со своей матерью проживал в спорной квартире (л.д. 9).
Из экспертного заключения ГУЗ Кемеровской областной клинической психиатрической больницы N. следует, что "в материалах гражданского дела и медицинской документации имеется совокупность факторов, позволяющих предположить у К. к моменту заключения сделки наличие выраженных психических расстройств, к которым могут быть отнесены последствия инсульта с гемипарезом и прогрессирующим системным атеросклерозом, сосудистым заболеванием с хронической ишемией головного мозга, выраженной алкогольной зависимостью с систематическим запойным пьянством, хронической алкогольной интоксикацией, неблагоприятные психогенные факторы, тяжкие прогрессирующие соматические заболевания с нарушением возможности к самостоятельному передвижению, а также старческий возраст испытуемой. Вышеописанные факторы позволяют предположить, что на период 07.05.2010 г., на момент совершения сделки купли-продажи квартиры К. В связи с имеющимися у нее выраженными расстройствами психики не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Не могла рассудительно вести свои дела, разумно и свободно распоряжаться своим имуществом, была не в состоянии предвидеть последствия своих действий в связи с выраженными нарушениями прогностических функций" (л.д. 143 - 145).
Вместе с тем, из показаний свидетелей Х., Ч.Е., видно, что К. самостоятельно передвигалась, вела разговор, узнавала знакомых.
Из показаний свидетеля Э. видно, что они с К. разговаривали, в том числе и о причине продажи квартиры, К. пояснила, что хочет квартиру по состоянию лучше, меньшую, т.к. за нее меньше платить, и нужна доплата в виде денег. К. на пьющую не была похожа, сомнений в психическом состоянии не было. 07 мая 2010 г. деньги за квартиру были зачислены на счет К. В регистрационной службе они встретились с К., она была трезвая, все понимала, совершенно нормальная, сама сдала документы на регистрацию, сама отвечала на вопросы регистратора.
Указанные обстоятельства подтверждаются и показаниями свидетеля С., государственного регистратора УФРС по Кемеровской области, показаниями свидетелей Л., О.
Из представленных ответчиками газет, следует, что спорная квартира выставлялась на продажу. Из выписки по счету в банке на имя Ч.Э. видно, что 07.05.2010 г. снято рублей (л.д. 114).
07 мая 2010 г. К. выдала покупателям ее квартиры расписку (л. д. 72) о получении ею рублей.
Установив указанные обстоятельства, суд, оценив доказательства по делу в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, сделал правильный вывод о том, что К. имела намерения продать квартиру по ул., сама участвовала в оформлении документов, регистрации договора купли-продажи квартиры и получении денег, могла руководить своими действиями и понимала их значение и юридические последствия.
При таких обстоятельствах, суд правильно отказал в удовлетворении предъявленного Е. иска о признании сделки купли-продажи спорной квартиры по основаниям ст. 177 ч. 1 ГК РФ, поскольку истцом не был доказан факт того, что на момент совершения сделки К. не могла руководить своими действиями, осознавать характер своих действий, а также разумно распоряжаться принадлежащим ей имуществом.
Доводы кассационной жалобы о том, что суд не учел заключение эксперта, в соответствии с которым Коновалова на период совершения сделки купли-продажи спорной квартиры не могла руководить своими действиями и понимать их значение, не могут служить основаниями для отмены решения суда.
Как правильно указал и суд, в соответствии со ст. 86 ч. 3 ГПК РФ, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 61 настоящего Кодекса.
Из материалов дела следует, что выводы экспертов противоречат показаниям свидетелей Х., Ч.Е., Э., Л., О.
При таких обстоятельствах суд правильно отнесся к этому заключению экспертов критически, поскольку выводы экспертов носят вероятностный, предположительный характер, основаны на показаниях представителей истца Ч, которая не знакома с К., Л., а также свидетелей со стороны истца Ч.У., сына Л., Ч.Е., Х.
При этом экспертами не дана оценка объяснениям ответчиков Ч.Э. и И., показаниям свидетелей Э., Л., О., С.
Согласно ч. 2 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Доводы кассационной жалобы о том, что показания свидетелей со стороны ответчиков являются недопустимыми доказательствами, так как данные свидетели фактически по существу спора ничего не пояснили; что суд не привел мотивы, по которым он не принял во внимание показания представителей истца, свидетелей со стороны истца, также не могут служить основаниями для отмены решения суда.
Всем показаниям свидетелей суд дал оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в их совокупности с другими материалами дела.
Обстоятельства того, что К. имела намерение продать спорную квартиру, подтверждается показаниями допрошенных судом свидетелей, а также письменными материалами дела, распиской К. о получении ею денег за квартиру.
Судебная коллегия находит приведенные выводы суда первой инстанции правильными, мотивированными, подтвержденными имеющимися в деле доказательствами.
Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Центрального районного суда г. Кемерово от 16 июня 2011 года оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий
В.П.ТРЕТЬЯКОВА
Судьи
Л.В.КРАЕВА
В.Н.БОЙКО
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
ОПРЕДЕЛЕНИЕ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 05.10.2011 ПО ДЕЛУ N 33-10955
Разделы:Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
КЕМЕРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 октября 2011 г. по делу N 33-10955
Судья: Гапанцова А.А.
Докладчик: Третьякова В.П.
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе
Председательствующего Третьяковой В.П.,
судей Краевой Л.В., Бойко В.Н.,
при секретаре А.,
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Третьяковой В.П.
гражданское дело по кассационным жалобам представителей Е.
на решение Центрального районного суда г. Кемерово
от 16 июня 2011 года
по иску Е. к И., Ч.Э., Управлению Федеральной службы Государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области о признании сделки, совершенной с объектом недвижимости имущества (квартирой) недействительной и применении последствий недействительности сделки,
установила:
- Е. обратился в суд с иском и просил признать недействительной сделку, в результате совершения которой право собственности на объект недвижимого имущества (квартира), расположенный по адресу: перешло к И., Ч.Э. и применить последствия недействительности сделки (двусторонняя реституция);
- обязать Управление службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области признать недействительными записи в ЕГРП о государственной регистрации права общей долевой собственности И., Ч.Э. на объект недвижимого имущества (квартира), расположенный по адресу.
Свои требования мотивировал тем, что 16 мая 2010 года его мать - К., 1935 года рождения, умерла. До дня смерти матери истец проживал с ней совместно в спорной квартире, являющейся для них единственным жильем.
Поскольку квартира является для истца единственным жильем, совершать каких-либо сделок, связанных с ее отчуждением, мать истца не собиралась.
Будучи единственным наследником первой очереди по закону после смерти матери и руководствуясь нормами ст. ст. 1141, 1142 ГК РФ, 21 мая 2010 года он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство на имущество, оставшееся после смерти мамы, в том числе на спорную квартиру.
28 мая 2010 года истец узнал, что собственниками единственного для него жилья, в котором он всегда проживал с мамой, являются совершенно неизвестные лица, а именно, И. и Ч.Э.
Считает, что договор купли-продажи квартиры, заключенный между его матерью и ответчиками является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ, так как на момент совершения сделки его мать находилась в преклонном возрасте и имела ряд хронических заболеваний, которые препятствовали ей адекватно воспринимать действительность, перенесла инсульт; имела выраженную склонность к злоупотреблению спиртными напитками, незадолго до смерти была попросту споена приходившими к ним лицами до состояния, когда уже не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, мать истца была инвалидом III группы (л.д. 2 - 6).
- В ходе рассмотрения дела истец изменил свои исковые требования, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 07 мая 2010 года, расположенной по адресу, заключенный между К. (продавец) и И. и Ч.Э. (покупатели);
- прекратить право собственности И. и Ч.Э. на квартиру расположенную по адресу;
- включить квартиру, расположенную по адресу, в наследственную массу, открывшуюся после смерти К. (л.д. 37 - 40).
Решением Центрального районного суда г. Кемерово от 16 июня 2011 года в удовлетворении заявленных требований Е. отказано в полном объеме (л.д. 213 - 217).
В кассационной жалобе представитель истца Ч просит решение суда отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей, указывая, что суд не учел заключение эксперта, в соответствии с которым Коновалова на период совершения сделки купли-продажи спорной квартиры не могла руководить своими действиями и понимать их значение.
Также суд не учел показания свидетелей Ч.У., Ч.Е.
Показания свидетелей со стороны ответчиков являются недопустимыми доказательствами, так как данные свидетели фактически по существу спора ничего не пояснили.
Суд нарушил нормы ГПК РФ, не привел мотивы, по которым он не принял во внимание показаниям представителей истца, выборочно отразил в решении суда показания свидетелей.
Вывод суда о том, что К. имела намерение продать спорную квартиру, не основан на материалах дела.
Решение суда основано на предположениях (л.д. 220 - 221).
В кассационной жалобе представитель истца Л. просит решение суда отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей, указывая, что суд не учел заключение эксперта, в соответствии с которым К. на период совершения сделки купли-продажи спорной квартиры не могла руководить своими действиями и понимать их значение.
Также суд не учел показания свидетелей Ч.У., Ч.Е.
Показания свидетелей со стороны ответчиков являются недопустимыми доказательствами, так как данные свидетели фактически по существу спора ничего не пояснили.
В судебном заседании не было установлено, что подпись в оспариваемом договоре купли-продажи выполнена К. собственноручно.
Вывод суда о том, что К. имела намерение продать спорную квартиру, не основан на материалах дела (л.д. 224 - 225).
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей истца, просивших об отмене решения суда, ответчиц И. и Ч.Э. и их представителя, просивших решение суда оставить без изменения, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения.
Как видно из материалов дела и было установлено судом, 07.05.2010 года между К. и И., Ч.Э. был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (л. д. 74, 75).
16 мая 2010 года К. (г.р.) умерла.
Согласно расписке от 07 мая 2010 года, К. получила от И. и Ч.Э. деньги в сумме рублей, в соответствии с договором купли-продажи от 07.05.2010 года, за квартиру расположенную по адресу (л.д. 76).
Истец совместно со своей матерью проживал в спорной квартире (л.д. 9).
Из экспертного заключения ГУЗ Кемеровской областной клинической психиатрической больницы N. следует, что "в материалах гражданского дела и медицинской документации имеется совокупность факторов, позволяющих предположить у К. к моменту заключения сделки наличие выраженных психических расстройств, к которым могут быть отнесены последствия инсульта с гемипарезом и прогрессирующим системным атеросклерозом, сосудистым заболеванием с хронической ишемией головного мозга, выраженной алкогольной зависимостью с систематическим запойным пьянством, хронической алкогольной интоксикацией, неблагоприятные психогенные факторы, тяжкие прогрессирующие соматические заболевания с нарушением возможности к самостоятельному передвижению, а также старческий возраст испытуемой. Вышеописанные факторы позволяют предположить, что на период 07.05.2010 г., на момент совершения сделки купли-продажи квартиры К. В связи с имеющимися у нее выраженными расстройствами психики не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Не могла рассудительно вести свои дела, разумно и свободно распоряжаться своим имуществом, была не в состоянии предвидеть последствия своих действий в связи с выраженными нарушениями прогностических функций" (л.д. 143 - 145).
Вместе с тем, из показаний свидетелей Х., Ч.Е., видно, что К. самостоятельно передвигалась, вела разговор, узнавала знакомых.
Из показаний свидетеля Э. видно, что они с К. разговаривали, в том числе и о причине продажи квартиры, К. пояснила, что хочет квартиру по состоянию лучше, меньшую, т.к. за нее меньше платить, и нужна доплата в виде денег. К. на пьющую не была похожа, сомнений в психическом состоянии не было. 07 мая 2010 г. деньги за квартиру были зачислены на счет К. В регистрационной службе они встретились с К., она была трезвая, все понимала, совершенно нормальная, сама сдала документы на регистрацию, сама отвечала на вопросы регистратора.
Указанные обстоятельства подтверждаются и показаниями свидетеля С., государственного регистратора УФРС по Кемеровской области, показаниями свидетелей Л., О.
Из представленных ответчиками газет, следует, что спорная квартира выставлялась на продажу. Из выписки по счету в банке на имя Ч.Э. видно, что 07.05.2010 г. снято рублей (л.д. 114).
07 мая 2010 г. К. выдала покупателям ее квартиры расписку (л. д. 72) о получении ею рублей.
Установив указанные обстоятельства, суд, оценив доказательства по делу в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, сделал правильный вывод о том, что К. имела намерения продать квартиру по ул., сама участвовала в оформлении документов, регистрации договора купли-продажи квартиры и получении денег, могла руководить своими действиями и понимала их значение и юридические последствия.
При таких обстоятельствах, суд правильно отказал в удовлетворении предъявленного Е. иска о признании сделки купли-продажи спорной квартиры по основаниям ст. 177 ч. 1 ГК РФ, поскольку истцом не был доказан факт того, что на момент совершения сделки К. не могла руководить своими действиями, осознавать характер своих действий, а также разумно распоряжаться принадлежащим ей имуществом.
Доводы кассационной жалобы о том, что суд не учел заключение эксперта, в соответствии с которым Коновалова на период совершения сделки купли-продажи спорной квартиры не могла руководить своими действиями и понимать их значение, не могут служить основаниями для отмены решения суда.
Как правильно указал и суд, в соответствии со ст. 86 ч. 3 ГПК РФ, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 61 настоящего Кодекса.
Из материалов дела следует, что выводы экспертов противоречат показаниям свидетелей Х., Ч.Е., Э., Л., О.
При таких обстоятельствах суд правильно отнесся к этому заключению экспертов критически, поскольку выводы экспертов носят вероятностный, предположительный характер, основаны на показаниях представителей истца Ч, которая не знакома с К., Л., а также свидетелей со стороны истца Ч.У., сына Л., Ч.Е., Х.
При этом экспертами не дана оценка объяснениям ответчиков Ч.Э. и И., показаниям свидетелей Э., Л., О., С.
Согласно ч. 2 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Доводы кассационной жалобы о том, что показания свидетелей со стороны ответчиков являются недопустимыми доказательствами, так как данные свидетели фактически по существу спора ничего не пояснили; что суд не привел мотивы, по которым он не принял во внимание показания представителей истца, свидетелей со стороны истца, также не могут служить основаниями для отмены решения суда.
Всем показаниям свидетелей суд дал оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в их совокупности с другими материалами дела.
Обстоятельства того, что К. имела намерение продать спорную квартиру, подтверждается показаниями допрошенных судом свидетелей, а также письменными материалами дела, распиской К. о получении ею денег за квартиру.
Судебная коллегия находит приведенные выводы суда первой инстанции правильными, мотивированными, подтвержденными имеющимися в деле доказательствами.
Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Центрального районного суда г. Кемерово от 16 июня 2011 года оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий
В.П.ТРЕТЬЯКОВА
Судьи
Л.В.КРАЕВА
В.Н.БОЙКО
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)