Судебные решения, арбитраж
Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья - Меркулова Е.Н.
Докладчик - Костромцова Е.И.
Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:
председательствующего - Капкаун Т.И.,
судей - Роговой Л.В. и Костромцовой Е.И.,
при секретаре судебного заседания - С.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.А.Ю. к К.Ю.В. и К.М.Ю. о признании договора купли-продажи недействительным и по встречному иску К.Ю.В. к К.А.Ю. о признании завещания недействительным
по кассационной жалобе К.Ю.В.
на решение Корсаковского городского суда от 02 марта 2011 года, которым исковые требования К.А.Ю. удовлетворены и договор купли-продажи квартиры, расположенной в <...>, от 04 июня 2009 года, заключенный между К.Г.С. и К.М.Ю., признан недействительным. В удовлетворении встречных исковых требований К.Ю.В. отказано.
Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав доклад судьи Костромцовой Е.И., судебная коллегия
21 августа 2009 года К.А.Ю. обратился в Корсаковский городской суд с иском к К.Ю.В. о признании ничтожным договора купли-продажи квартиры <...> от 04 июня 2009 года.
В обоснование требований указал, что его бабушка К.Г.С., умершая ДД.ММ.ГГГГ, 05 октября 2006 года составила завещание, в котором завещала ему указанную выше квартиру. 04 июня 2009 года К.Ю.В., действуя от имени К.Г.С. на основании доверенности, удостоверенной 21 мая 2008 года, продал данную квартиру своей супруге К.М.Ю. Поскольку имущество, приобретенное в период брака, является совместной собственностью, полагает, что ответчик нарушил требования части 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, запрещающей представителю совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично и в своих личных интересах, в связи с чем совершенная им сделка купли-продажи квартиры является ничтожной.
29 сентября 2009 года К.Ю.В. обратился в Корсаковский городской суд со встречным иском о признании завещания, совершенного 05 октября 2006 года К.Г.С. недействительным, поскольку К.Г.С. на момент составления завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Определением Корсаковского городского суда от 25 февраля 2011 года к участию в деле в качестве ответчика по первоначальному иску привлечена К.М.Ю.
В судебном заседании К.А.Ю. и его представитель адвокат Козловский Ю.Б. иск поддержали, уточнив требования, просили признать договор купли-продажи спорной квартиры от 04 июня 2009 года недействительным. Со встречным иском не согласились.
К.М.Ю., К.Ю.В. и его представитель Г. с иском не согласились, встречный иск поддержали.
Судом постановлено приведенное выше решение, которое обжалует К.Ю.В., в кассационной жалобе просит решение отменить и дело направить на новое рассмотрение, поскольку суд неправильно применил нормы материального права и нарушил нормы процессуального права, вынес решение без всестороннего, полного установления и исследования всех обстоятельств по делу. В судебном заседании представитель истца Козловский Ю.Б. устно заявил об изменении требований и просил признать сделку недействительной, не оформив это в установленном статьями 131, 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации порядке. Полагает, что представителем истца был заявлен новый предмет спора и новые основания, исключающие первоначально заявленное требование о признании сделки ничтожной, в связи с чем, считает, что суд, признав договор купли-продажи недействительным, вышел за пределы заявленных требований.
Не соглашаясь с выводами суда о недействительности договора купли-продажи квартиры, отмечает, что управлением Федеральной регистрационной службы по Сахалинской области при регистрации данной сделки нарушений не установлено. Кроме того, умершая К.Г.С. была вправе при жизни распорядиться завещанным имуществом, что она и сделала. Обращает внимание, что заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, которую суд положил в основу решения, носит противоречивый и предположительный характер. Судом установлено и подтверждается показаниями свидетелей, что в 2006 году поведение К.Г.С. временами было не вполне неадекватным, в связи с чем, она обращалась к врачу и проходила лечение в психиатрической больнице. При таких данных суду следовало вынести на обсуждение сторон вопрос о назначении дополнительной или повторной судебно-психиатрической экспертизы, чего не было сделано.
В возражениях на кассационную жалобу К.А.Ю. просит решение оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.
Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке части 1 статьи 347 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия не находит их подлежащими удовлетворению ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 362 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Пунктом 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Из материалов дела следует, что 05 октября 2006 года нотариусом Корсаковского нотариального округа Р.Т.А. удостоверено завещание К.Г.П. (л.д. 6). Согласно завещанию, она все свое имущество, которое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в том числе квартиру, расположенную в <...>, завещала К.А.Ю.
Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о недоказанности того обстоятельства, что в момент составления завещания от 05 октября 2006 года К.Г.П. не могла понимать значение своих действий или руководить ими, и в связи с этим - об отсутствии оснований для удовлетворения требований К.Ю.В.
Заключение проведенной по делу посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 24 января 2011 года N 36, в котором комиссия экспертов пришла к выводу, что К.Г.С. на момент подписания завещания от 05 октября 2006 года могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 84 - 86), суд оценил во взаимосвязи с иными исследованными доказательствами, позволяющими сделать выводы об обстоятельствах жизни, состоянии здоровья и поведении умершей.
У судебной коллегии нет оснований сомневаться в выводах экспертизы, поскольку оно составлено и подписано специалистами в области психиатрии и психологии, имеющими длительный стаж работы по специальности и стаж экспертной работы, экспертное заключение основано на материалах дела, показаниях свидетелей, медицинских документах, по своему содержанию соответствует требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к экспертным заключениям.
Довод в кассационной жалобе о том, что данное заключение носит противоречивый и предположительный характер, не состоятелен, поскольку заключение является достаточно мотивированным, каких-либо противоречий в нем не усматривается, в связи с чем необходимости в назначении по делу повторной либо дополнительной экспертизы у суда не имелось.
Кроме того, экспертное заключение в силу части 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является лишь одним из доказательств, подлежащим оценке наряду с другими доказательствами, которые не позволяют признать установленным, что К.Г.П. не понимала значения своих действий и не могла руководить ими при составлении завещания.
Из материалов дела также усматривается, что при жизни завещание не было ни отменено, ни изменено наследодателем.
Исходя из полученных и проанализированных доказательств, суд сделал правильный вывод о том, что нарушений закона при удостоверении завещания не было допущено, при составлении завещания наследодатель действовал по своей воле и в своих интересах, вследствие перечисленных обстоятельств суд обоснованно отказал в удовлетворении встречного иска.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Согласно пункту 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично.
Запрета на совершение сделки с супругом представителя данная норма не содержит, однако, по смыслу вышеприведенной нормы, сделка, совершаемая представителем от имени представляемого должна исключать личную заинтересованность (выгоду) представителя в совершении сделки.
При рассмотрении дела судом установлено, что 04 июня 2009 года К.Ю.В., действуя от имени К.Г.С. на основании доверенности, удостоверенной 21 мая 2008 года, продал квартиру <...> своей супруге К.М.Ю.
Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации приобретенное в браке имущество является общей совместной собственностью супругов. В связи с этим заключение договора купли-продажи квартиры К.Ю.В. со своей женой К.М.Ю. предполагает поступление приобретаемого имущества в совместную собственность супругов и, следовательно, возникновение права собственности на основании заключенного договора и у самого К.Ю.В.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о совершении К.Ю.В. сделки от имени К.Г.С. в отношении себя лично, что не соответствует требованиям пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем обоснованно указал, что оспариваемая сделка является ничтожной, поскольку она недействительна независимо от такого признания судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, оснований для иной оценки доказательств у судебной коллегии не имеется. Выводы суда не противоречат материалам дела, обстоятельства, имеющие значение по делу судом установлены правильно, нарушений норм материального и процессуального права не установлено.
Доводы в кассационной жалобе не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда или опровергали выводы судебного решения, они направлены на иную оценку доказательств и иное толкование норм действующего законодательства и не могут служить основанием к отмене решения суда.
Ссылка в жалобе на то, что представителем истца в судебном заседании был заявлен новый предмет спора и новые основания, исключающие первоначально заявленное требование о признании сделки ничтожной, несостоятельна, поскольку признание договора ничтожным означает признание его недействительным.
На основании изложенного, руководствуясь частью 1 статьи 347, статьями 360, 361, 366 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
решение Корсаковского городского суда от 02 марта 2011 года оставить без изменения, а кассационную жалобу К.Ю.В. - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ САХАЛИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 05.07.2011 ПО ДЕЛУ N 33-1801/2010
Разделы:Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
САХАЛИНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 июля 2011 г. по делу N 33-1801/2010
Судья - Меркулова Е.Н.
Докладчик - Костромцова Е.И.
Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:
председательствующего - Капкаун Т.И.,
судей - Роговой Л.В. и Костромцовой Е.И.,
при секретаре судебного заседания - С.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.А.Ю. к К.Ю.В. и К.М.Ю. о признании договора купли-продажи недействительным и по встречному иску К.Ю.В. к К.А.Ю. о признании завещания недействительным
по кассационной жалобе К.Ю.В.
на решение Корсаковского городского суда от 02 марта 2011 года, которым исковые требования К.А.Ю. удовлетворены и договор купли-продажи квартиры, расположенной в <...>, от 04 июня 2009 года, заключенный между К.Г.С. и К.М.Ю., признан недействительным. В удовлетворении встречных исковых требований К.Ю.В. отказано.
Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав доклад судьи Костромцовой Е.И., судебная коллегия
установила:
21 августа 2009 года К.А.Ю. обратился в Корсаковский городской суд с иском к К.Ю.В. о признании ничтожным договора купли-продажи квартиры <...> от 04 июня 2009 года.
В обоснование требований указал, что его бабушка К.Г.С., умершая ДД.ММ.ГГГГ, 05 октября 2006 года составила завещание, в котором завещала ему указанную выше квартиру. 04 июня 2009 года К.Ю.В., действуя от имени К.Г.С. на основании доверенности, удостоверенной 21 мая 2008 года, продал данную квартиру своей супруге К.М.Ю. Поскольку имущество, приобретенное в период брака, является совместной собственностью, полагает, что ответчик нарушил требования части 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, запрещающей представителю совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично и в своих личных интересах, в связи с чем совершенная им сделка купли-продажи квартиры является ничтожной.
29 сентября 2009 года К.Ю.В. обратился в Корсаковский городской суд со встречным иском о признании завещания, совершенного 05 октября 2006 года К.Г.С. недействительным, поскольку К.Г.С. на момент составления завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Определением Корсаковского городского суда от 25 февраля 2011 года к участию в деле в качестве ответчика по первоначальному иску привлечена К.М.Ю.
В судебном заседании К.А.Ю. и его представитель адвокат Козловский Ю.Б. иск поддержали, уточнив требования, просили признать договор купли-продажи спорной квартиры от 04 июня 2009 года недействительным. Со встречным иском не согласились.
К.М.Ю., К.Ю.В. и его представитель Г. с иском не согласились, встречный иск поддержали.
Судом постановлено приведенное выше решение, которое обжалует К.Ю.В., в кассационной жалобе просит решение отменить и дело направить на новое рассмотрение, поскольку суд неправильно применил нормы материального права и нарушил нормы процессуального права, вынес решение без всестороннего, полного установления и исследования всех обстоятельств по делу. В судебном заседании представитель истца Козловский Ю.Б. устно заявил об изменении требований и просил признать сделку недействительной, не оформив это в установленном статьями 131, 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации порядке. Полагает, что представителем истца был заявлен новый предмет спора и новые основания, исключающие первоначально заявленное требование о признании сделки ничтожной, в связи с чем, считает, что суд, признав договор купли-продажи недействительным, вышел за пределы заявленных требований.
Не соглашаясь с выводами суда о недействительности договора купли-продажи квартиры, отмечает, что управлением Федеральной регистрационной службы по Сахалинской области при регистрации данной сделки нарушений не установлено. Кроме того, умершая К.Г.С. была вправе при жизни распорядиться завещанным имуществом, что она и сделала. Обращает внимание, что заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, которую суд положил в основу решения, носит противоречивый и предположительный характер. Судом установлено и подтверждается показаниями свидетелей, что в 2006 году поведение К.Г.С. временами было не вполне неадекватным, в связи с чем, она обращалась к врачу и проходила лечение в психиатрической больнице. При таких данных суду следовало вынести на обсуждение сторон вопрос о назначении дополнительной или повторной судебно-психиатрической экспертизы, чего не было сделано.
В возражениях на кассационную жалобу К.А.Ю. просит решение оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.
Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке части 1 статьи 347 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия не находит их подлежащими удовлетворению ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 362 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Пунктом 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Из материалов дела следует, что 05 октября 2006 года нотариусом Корсаковского нотариального округа Р.Т.А. удостоверено завещание К.Г.П. (л.д. 6). Согласно завещанию, она все свое имущество, которое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в том числе квартиру, расположенную в <...>, завещала К.А.Ю.
Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о недоказанности того обстоятельства, что в момент составления завещания от 05 октября 2006 года К.Г.П. не могла понимать значение своих действий или руководить ими, и в связи с этим - об отсутствии оснований для удовлетворения требований К.Ю.В.
Заключение проведенной по делу посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 24 января 2011 года N 36, в котором комиссия экспертов пришла к выводу, что К.Г.С. на момент подписания завещания от 05 октября 2006 года могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 84 - 86), суд оценил во взаимосвязи с иными исследованными доказательствами, позволяющими сделать выводы об обстоятельствах жизни, состоянии здоровья и поведении умершей.
У судебной коллегии нет оснований сомневаться в выводах экспертизы, поскольку оно составлено и подписано специалистами в области психиатрии и психологии, имеющими длительный стаж работы по специальности и стаж экспертной работы, экспертное заключение основано на материалах дела, показаниях свидетелей, медицинских документах, по своему содержанию соответствует требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к экспертным заключениям.
Довод в кассационной жалобе о том, что данное заключение носит противоречивый и предположительный характер, не состоятелен, поскольку заключение является достаточно мотивированным, каких-либо противоречий в нем не усматривается, в связи с чем необходимости в назначении по делу повторной либо дополнительной экспертизы у суда не имелось.
Кроме того, экспертное заключение в силу части 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является лишь одним из доказательств, подлежащим оценке наряду с другими доказательствами, которые не позволяют признать установленным, что К.Г.П. не понимала значения своих действий и не могла руководить ими при составлении завещания.
Из материалов дела также усматривается, что при жизни завещание не было ни отменено, ни изменено наследодателем.
Исходя из полученных и проанализированных доказательств, суд сделал правильный вывод о том, что нарушений закона при удостоверении завещания не было допущено, при составлении завещания наследодатель действовал по своей воле и в своих интересах, вследствие перечисленных обстоятельств суд обоснованно отказал в удовлетворении встречного иска.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Согласно пункту 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично.
Запрета на совершение сделки с супругом представителя данная норма не содержит, однако, по смыслу вышеприведенной нормы, сделка, совершаемая представителем от имени представляемого должна исключать личную заинтересованность (выгоду) представителя в совершении сделки.
При рассмотрении дела судом установлено, что 04 июня 2009 года К.Ю.В., действуя от имени К.Г.С. на основании доверенности, удостоверенной 21 мая 2008 года, продал квартиру <...> своей супруге К.М.Ю.
Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации приобретенное в браке имущество является общей совместной собственностью супругов. В связи с этим заключение договора купли-продажи квартиры К.Ю.В. со своей женой К.М.Ю. предполагает поступление приобретаемого имущества в совместную собственность супругов и, следовательно, возникновение права собственности на основании заключенного договора и у самого К.Ю.В.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о совершении К.Ю.В. сделки от имени К.Г.С. в отношении себя лично, что не соответствует требованиям пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем обоснованно указал, что оспариваемая сделка является ничтожной, поскольку она недействительна независимо от такого признания судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, оснований для иной оценки доказательств у судебной коллегии не имеется. Выводы суда не противоречат материалам дела, обстоятельства, имеющие значение по делу судом установлены правильно, нарушений норм материального и процессуального права не установлено.
Доводы в кассационной жалобе не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда или опровергали выводы судебного решения, они направлены на иную оценку доказательств и иное толкование норм действующего законодательства и не могут служить основанием к отмене решения суда.
Ссылка в жалобе на то, что представителем истца в судебном заседании был заявлен новый предмет спора и новые основания, исключающие первоначально заявленное требование о признании сделки ничтожной, несостоятельна, поскольку признание договора ничтожным означает признание его недействительным.
На основании изложенного, руководствуясь частью 1 статьи 347, статьями 360, 361, 366 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Корсаковского городского суда от 02 марта 2011 года оставить без изменения, а кассационную жалобу К.Ю.В. - без удовлетворения.
Председательствующий
Т.И.КАПКАУН
Т.И.КАПКАУН
Судьи
Л.В.РОГОВА
Е.И.КОСТРОМЦОВА
Л.В.РОГОВА
Е.И.КОСТРОМЦОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)