Судебные решения, арбитраж
Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья Нехай Р.М.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея в составе:
председательствующего - Ткаченко В.В.
судей - Мейстер В.М. и Тхагапсовой Е.А.
при секретаре - Ф.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по кассационной жалобе ответчика Л.В.А. на решение Майкопского городского суда от 14 октября 2011 года, которым постановлено:
договор купли-продажи квартиры N <...>, дома N <...>, по <...>, заключенный 18 января 2011 года между Х. и Л. признать недействительным.
Обязать Л. возвратить Х. квартиру N <...>, дома N <...>, по <...>, а Х.И. - возвратить Л.В.А. полученные за квартиру деньги в размере 620 000 рублей, а Б.Е. - возвратить Х.И. деньги в сумме 50 000 рублей.
Заслушав доклад судьи-председательствующего Ткаченко В.В., объяснения ответчика Л.В.А., ее представителя (по доверенности) - Б.С.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, пояснения Б.Е., полагавшей оспариваемый судебный акт незаконным и необоснованным, представителя истца Комиссии по опеке и попечительству при администрации муниципального образования "Город Майкоп" (по доверенности) - Ю., законного представителя Х.И. - его Ч., считавших, что решение суда является законным и возражавших против удовлетворения кассационной жалобы, судебная коллегия
установила:
комиссия по опеке и попечительству при администрации муниципального образования "Город Майкоп" в интересах Х.И. обратилась в суд с иском к риэлторской фирме "Веста+" в лице Б.Е., выступившей посредником при заключении договора купли-продажи от 18 января 2011 года между Х.И. и Л.В.А. на отчуждение квартиры N <...>, расположенной по <...> и к Л.В.А. о признании соответствующей сделки о купле-продаже квартиры недействительной, применении последствий недействительности сделки, истребовании указанной квартиры из чужого незаконного владения Л.В.А. и признании за Х.И. права собственности на квартиру.
В обоснование требований истец указал, что 25 сентября 2009 года между Х.И. и Х.А. был заключен договор займа денежных средств в размере 107 000 рублей, с уплатой 10% за пользование суммой займа ежемесячно, со сроком возврата занятых в долг денежных средств через 2 года. Обеспечением исполнения обязательств, предусмотренных указанным договором, является ипотека однокомнатной квартиры N <...>, общей площадью <...> кв. м, расположенной по <...>.
В связи с отсутствием денежных средств, необходимых для погашения долга, Х.И. обратился в риэлторскую фирму "Веста+" по вопросу продажи принадлежащей ему квартиры.
13 января 2011 года между Х.И. и Л.В.А. заключался предварительный договор купли-продажи квартиры, в соответствии с условиями которого продажная цена квартиры определена в размере 750 000 рублей. При оформлении предварительного договора Л.В.А. передала недееспособному в счет будущих платежей по договору купли-продажи денежные средства в размере 350 000 рублей.
18 января 2011 года между Х.И. и Л.В.А. заключен основной договор купли-продажи квартиры, при подписании которого Л.В.А. передала Х.И., якобы, всю оставшуюся сумму денежных средств в размере 400 000 рублей.
Полагал, что Х.И., совершая сделку по купле-продаже своего единственного жилья, не мог понимать значение своих действий и руководить ими, а ответчики состоянием Х.И. воспользовались.
Решением суда от 20.05.2011 года Х.И. признан.
В судебном заседании представитель истца - Комиссии по опеке и попечительству при администрации МО "Город Майкоп" (по доверенности) - Ю. иск уточнила. Просила признать спорную сделку по купле- продаже квартиры недействительной и применить последствия недействительной данной сделки. Взыскать с Б.Е. в пользу Х.И. денежные средства в размере 50 000 рублей, которые Б.Е. взяла за оказание посреднических услуг по продаже квартиры.
Представитель Х.И. по закону - его Ч. считала, что спорная сделка является недействительной.
Представитель ответчика Б.И. поддержала доводы письменных возражений о законности спорной сделки, в связи с чем просила в удовлетворении требований истцу отказать.
Ответчик Л.В.А., ее представитель (по доверенности) - Б.С.А. иск не признали и просили суд в его удовлетворении отказать.
Суд первой инстанции требования истца удовлетворил.
В кассационной жалобе ответчик Л.В.А. просит решение суда от 14.10.2011 года отменить полностью и направить дело на новое рассмотрение в Майкопский городской суд.
В обоснование жалобы указывает, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты нарушенного права, полагая, что спор подлежит разрешению с применением правового механизма, предусмотренного ст. ст. 301, 302 ГК РФ. Кроме того, вывод суда первой инстанции о болезненном состоянии Х.И. которое лишало последнего возможности в момент совершения спорной сделки осознавать в достаточной мере характер совершаемых действий и их правовые последствия, обоснован только экспертным заключением по делу, а другие доказательства суд проигнорировал. Решение суда в части применения последствий недействительности спорной сделки по купле-продаже квартиры расценивает как не соответствующее ГК РФ ввиду отсутствия объективных оснований для двусторонней реституции. Х.И. является и денежные средства в размере 620 000 рублей, уплаченные ею за спорную квартиру, у Х.И. отсутствуют, следовательно, вернуть денежные средства он ей не может.
Судебная коллегия, изучив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, считает, что решение суда первой инстанции подлежит изменению по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, 18 января 2011 года между Х.И. и Л.В.И. был заключен договор купли-продажи квартиры N <...>, площадью <...> кв. м, расположенной в <...>.
24 января 2011 года в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведена запись о регистрации перехода права собственности по сделке, оформленной указанным выше договором купли-продажи квартиры, к Л.В.И., о чем на имя последней выдавалось свидетельство о государственной регистрации права N 332191 от 29.01.2011 года.
Оспаривая право Л.В.И. на жилое помещение, истец ссылался на недействительность совершенной сделки на основании ст. 177 ГК РФ и просил применить последствия недействительности сделки.
Довод в кассационной жалобе о том, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, не соответствует действительности ввиду того, что основан на ошибочном толковании норм процессуального права.
По смыслу ст. 4 ГПК РФ следует, что право выбора способа защиты нарушенного права принадлежит заинтересованному лицу, обратившемуся в суд за судебной защитой. При этом, судебная защита осуществляется способами, предусмотренными в статье 12 ГК РФ. Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, признание права собственности предусмотрены данной статьей. Положениям ст. 4 ГПК РФ корреспондирует п. 5 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ, в силу которых истец сам определяет основания своих требований к конкретным ответчикам.
В силу этого, суд не вправе без согласия истца производить замену выбранного истцом способа защиты нарушенного права другим.
Из материалов дела следует, что в ходе судебного разбирательства, комиссия по опеке и попечительству отказалась от иска в части истребования спорной квартиры из чужого незаконного владения Л.В.И.
Истец просил суд признать недействительной сделку по купле-продаже квартиры.
В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
Что касается вопроса о добросовестном приобретателе, которым считает себя ответчик Л.В.И., то он не имеет правового значения для правильного разрешения спора.
Определяя спорные правоотношения, суд верно исходил из того, что правовые нормы, содержащиеся в статьях 301, 302 ГК РФ, регулируют правоотношения, связанные с истребованием собственником имущества из чужого незаконного владения, в том числе и от добросовестного приобретателя, и к возникшим по данному делу правоотношениям не подлежат применению.
Так, по смыслу норм ст. 302 ГК РФ следует, что добросовестное приобретение, независимо от возмездного или безвозмездного характера соответствующей сделки, возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у законного собственника этого имущества.
Между тем, как установлено судом первой инстанции и ответчиком Л.В.И. не оспаривается, она приобрела спорную квартиру у собственника Х.И., вещное право которого не было поставлено сторонами под сомнение, и который имел право на отчуждение квартиры, о чем приобретатель знала и не могла не знать.
На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу нарушенное право недееспособного не подлежит судебной защите и восстановлению с применением правового механизма, предусмотренного ст. ст. 301, 302 ГК РФ.
Как следует из пояснений суду истца, он считал спорную сделку недействительной на основании ст. 177 ГК РФ ввиду того, что в период, предшествующий совершению сделки по купле-продаже квартиры, площадью кв. м, Х.И. страдал хроническим душевным заболеванием, был неадекватен. Совершая 18.01.2011 года сделку, Х.И., не понимал значение своих действий и не мог разумно ими руководить именно в силу имеющегося заболевания.
В соответствии с ч. 2 указанной выше статьи, сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий и (или) руководить ими.
Исходя из данных положений ГК РФ, суд установил обстоятельства и факты, имеющие значение для дела, с соблюдением требований ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, и пришел к верному выводу о том, что основания для признания спорной сделки недействительной истцом доказаны.
Статья 79 ГПК РФ обязывает суд назначить экспертизу, если в процессе рассмотрения дела возникают вопросы, требующие специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства или ремесла.
Так как обстоятельства психического состояния Х.И. в момент совершения спорной сделки и о его способности понимать значение своих действий и разумно ими руководить требовало специальных познаний в области судебной психиатрии, то суд обоснованно удовлетворил ходатайство истца и назначил по делу судебно-психиатрическую экспертизу.
Как видно из заключения комиссионной судебно-психиатрической экспертизы от 15.07.2011 года N 250, на вопрос суда о том, могло ли имевшееся у Х.И. заболевание психики препятствовать ему в полной мере осознавать, характер своих действий в момент совершения сделки по отчуждению спорного жилого помещения по договору купли-продажи от 18.01.2011 года, их правовые последствия, и руководить ими, комиссия экспертов дала ответ, согласно которому в юридически значимый период Х.И. обнаруживал признаки вялотекущей шизофрении с эмоционально- волевым дефектом личности, что лишало его возможности понимать значение своих действий и руководить ими.
Из материалов дела видно, что суд первой инстанции, оценив заключение судебной экспертизы по правилам ст. ст. 67, 86 ГПК РФ, с учетом разъяснения, содержащихся в п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении", пришел к выводу, который судебная коллегия считает правильным, о том, что выводы компетентными экспертами сделаны на основании анализа материалов дела, в том числе медицинских документов о состоянии здоровья Х.И., пояснений сторон. Заключение комиссионной экспертизы изложено в доступной форме, ясно для понимания, противоречий между исследовательской и заключительной частью не содержит и является надлежащим доказательством по делу, которое согласуется с другими допустимыми средствами доказывания в их совокупности.
Таким образом, при всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании и оценке обстоятельств и доказательств по делу, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для применения ч. 2 ст. 177 ГК РФ.
В то же время, при рассмотрении требований истца о признании за Х.И. права собственности на спорную квартиру, суд первой инстанции, правильно применяя последствия недействительности спорной сделки по купле-продаже квартиры в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 171 ГК РФ, не учел, что в силу ст. 8 ГК РФ во взаимосвязи со ст. 131 ГК РФ, право собственности на жилое помещение возникает с момента государственной регистрации перехода права собственности, а не с момента передачи денег, уплаченных за недвижимую вещь.
Ввиду неприменения указанных положений ГК РФ, подлежащих применению в этой части, решение суда, по мнению судебной коллегии, надлежит изменить в силу п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ, дополнив резолютивную часть решения выводом о том, что переход права собственности на квартиру N <...>, дом N <...>, по <...>, к Х.И. надлежит осуществить с момента передачи им Л.В.А. денежной суммы 620 000 рублей, полученной за спорную квартиру.
Руководствуясь ст. ст. 360, 361, 366 и 367 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Майкопского городского суда от 14 октября 2011 года изменить, дополнив второй абзац в резолютивной части указанного решения следующим выводом.
Переход права собственности на квартиру N <...>, дом N <...>, по <...>, к Х. осуществить с момента передачи им Л. денежной суммы 620 000 рублей, полученные за спорную квартиру.
В остальной части решение Майкопского городского суда от 14 октября 2011 года оставить без изменения.
Председательствующий
В.В.ТКАЧЕНКО
Судьи
В.М.МЕЙСТЕР
Е.А.ТХАГАПСОВА
Копия верна
Судья
Верховного Суда
Республики Адыгея
В.В.ТКАЧЕНКО
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ ОТ 11.11.2011 ПО ДЕЛУ N 33-***2011
Разделы:Купля-продажа недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 ноября 2011 г. по делу N 33-***2011
Судья Нехай Р.М.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея в составе:
председательствующего - Ткаченко В.В.
судей - Мейстер В.М. и Тхагапсовой Е.А.
при секретаре - Ф.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по кассационной жалобе ответчика Л.В.А. на решение Майкопского городского суда от 14 октября 2011 года, которым постановлено:
договор купли-продажи квартиры N <...>, дома N <...>, по <...>, заключенный 18 января 2011 года между Х. и Л. признать недействительным.
Обязать Л. возвратить Х. квартиру N <...>, дома N <...>, по <...>, а Х.И. - возвратить Л.В.А. полученные за квартиру деньги в размере 620 000 рублей, а Б.Е. - возвратить Х.И. деньги в сумме 50 000 рублей.
Заслушав доклад судьи-председательствующего Ткаченко В.В., объяснения ответчика Л.В.А., ее представителя (по доверенности) - Б.С.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, пояснения Б.Е., полагавшей оспариваемый судебный акт незаконным и необоснованным, представителя истца Комиссии по опеке и попечительству при администрации муниципального образования "Город Майкоп" (по доверенности) - Ю., законного представителя Х.И. - его Ч., считавших, что решение суда является законным и возражавших против удовлетворения кассационной жалобы, судебная коллегия
установила:
комиссия по опеке и попечительству при администрации муниципального образования "Город Майкоп" в интересах Х.И. обратилась в суд с иском к риэлторской фирме "Веста+" в лице Б.Е., выступившей посредником при заключении договора купли-продажи от 18 января 2011 года между Х.И. и Л.В.А. на отчуждение квартиры N <...>, расположенной по <...> и к Л.В.А. о признании соответствующей сделки о купле-продаже квартиры недействительной, применении последствий недействительности сделки, истребовании указанной квартиры из чужого незаконного владения Л.В.А. и признании за Х.И. права собственности на квартиру.
В обоснование требований истец указал, что 25 сентября 2009 года между Х.И. и Х.А. был заключен договор займа денежных средств в размере 107 000 рублей, с уплатой 10% за пользование суммой займа ежемесячно, со сроком возврата занятых в долг денежных средств через 2 года. Обеспечением исполнения обязательств, предусмотренных указанным договором, является ипотека однокомнатной квартиры N <...>, общей площадью <...> кв. м, расположенной по <...>.
В связи с отсутствием денежных средств, необходимых для погашения долга, Х.И. обратился в риэлторскую фирму "Веста+" по вопросу продажи принадлежащей ему квартиры.
13 января 2011 года между Х.И. и Л.В.А. заключался предварительный договор купли-продажи квартиры, в соответствии с условиями которого продажная цена квартиры определена в размере 750 000 рублей. При оформлении предварительного договора Л.В.А. передала недееспособному в счет будущих платежей по договору купли-продажи денежные средства в размере 350 000 рублей.
18 января 2011 года между Х.И. и Л.В.А. заключен основной договор купли-продажи квартиры, при подписании которого Л.В.А. передала Х.И., якобы, всю оставшуюся сумму денежных средств в размере 400 000 рублей.
Полагал, что Х.И., совершая сделку по купле-продаже своего единственного жилья, не мог понимать значение своих действий и руководить ими, а ответчики состоянием Х.И. воспользовались.
Решением суда от 20.05.2011 года Х.И. признан.
В судебном заседании представитель истца - Комиссии по опеке и попечительству при администрации МО "Город Майкоп" (по доверенности) - Ю. иск уточнила. Просила признать спорную сделку по купле- продаже квартиры недействительной и применить последствия недействительной данной сделки. Взыскать с Б.Е. в пользу Х.И. денежные средства в размере 50 000 рублей, которые Б.Е. взяла за оказание посреднических услуг по продаже квартиры.
Представитель Х.И. по закону - его Ч. считала, что спорная сделка является недействительной.
Представитель ответчика Б.И. поддержала доводы письменных возражений о законности спорной сделки, в связи с чем просила в удовлетворении требований истцу отказать.
Ответчик Л.В.А., ее представитель (по доверенности) - Б.С.А. иск не признали и просили суд в его удовлетворении отказать.
Суд первой инстанции требования истца удовлетворил.
В кассационной жалобе ответчик Л.В.А. просит решение суда от 14.10.2011 года отменить полностью и направить дело на новое рассмотрение в Майкопский городской суд.
В обоснование жалобы указывает, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты нарушенного права, полагая, что спор подлежит разрешению с применением правового механизма, предусмотренного ст. ст. 301, 302 ГК РФ. Кроме того, вывод суда первой инстанции о болезненном состоянии Х.И. которое лишало последнего возможности в момент совершения спорной сделки осознавать в достаточной мере характер совершаемых действий и их правовые последствия, обоснован только экспертным заключением по делу, а другие доказательства суд проигнорировал. Решение суда в части применения последствий недействительности спорной сделки по купле-продаже квартиры расценивает как не соответствующее ГК РФ ввиду отсутствия объективных оснований для двусторонней реституции. Х.И. является и денежные средства в размере 620 000 рублей, уплаченные ею за спорную квартиру, у Х.И. отсутствуют, следовательно, вернуть денежные средства он ей не может.
Судебная коллегия, изучив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, считает, что решение суда первой инстанции подлежит изменению по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, 18 января 2011 года между Х.И. и Л.В.И. был заключен договор купли-продажи квартиры N <...>, площадью <...> кв. м, расположенной в <...>.
24 января 2011 года в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведена запись о регистрации перехода права собственности по сделке, оформленной указанным выше договором купли-продажи квартиры, к Л.В.И., о чем на имя последней выдавалось свидетельство о государственной регистрации права N 332191 от 29.01.2011 года.
Оспаривая право Л.В.И. на жилое помещение, истец ссылался на недействительность совершенной сделки на основании ст. 177 ГК РФ и просил применить последствия недействительности сделки.
Довод в кассационной жалобе о том, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, не соответствует действительности ввиду того, что основан на ошибочном толковании норм процессуального права.
По смыслу ст. 4 ГПК РФ следует, что право выбора способа защиты нарушенного права принадлежит заинтересованному лицу, обратившемуся в суд за судебной защитой. При этом, судебная защита осуществляется способами, предусмотренными в статье 12 ГК РФ. Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, признание права собственности предусмотрены данной статьей. Положениям ст. 4 ГПК РФ корреспондирует п. 5 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ, в силу которых истец сам определяет основания своих требований к конкретным ответчикам.
В силу этого, суд не вправе без согласия истца производить замену выбранного истцом способа защиты нарушенного права другим.
Из материалов дела следует, что в ходе судебного разбирательства, комиссия по опеке и попечительству отказалась от иска в части истребования спорной квартиры из чужого незаконного владения Л.В.И.
Истец просил суд признать недействительной сделку по купле-продаже квартиры.
В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
Что касается вопроса о добросовестном приобретателе, которым считает себя ответчик Л.В.И., то он не имеет правового значения для правильного разрешения спора.
Определяя спорные правоотношения, суд верно исходил из того, что правовые нормы, содержащиеся в статьях 301, 302 ГК РФ, регулируют правоотношения, связанные с истребованием собственником имущества из чужого незаконного владения, в том числе и от добросовестного приобретателя, и к возникшим по данному делу правоотношениям не подлежат применению.
Так, по смыслу норм ст. 302 ГК РФ следует, что добросовестное приобретение, независимо от возмездного или безвозмездного характера соответствующей сделки, возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у законного собственника этого имущества.
Между тем, как установлено судом первой инстанции и ответчиком Л.В.И. не оспаривается, она приобрела спорную квартиру у собственника Х.И., вещное право которого не было поставлено сторонами под сомнение, и который имел право на отчуждение квартиры, о чем приобретатель знала и не могла не знать.
На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу нарушенное право недееспособного не подлежит судебной защите и восстановлению с применением правового механизма, предусмотренного ст. ст. 301, 302 ГК РФ.
Как следует из пояснений суду истца, он считал спорную сделку недействительной на основании ст. 177 ГК РФ ввиду того, что в период, предшествующий совершению сделки по купле-продаже квартиры, площадью кв. м, Х.И. страдал хроническим душевным заболеванием, был неадекватен. Совершая 18.01.2011 года сделку, Х.И., не понимал значение своих действий и не мог разумно ими руководить именно в силу имеющегося заболевания.
В соответствии с ч. 2 указанной выше статьи, сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий и (или) руководить ими.
Исходя из данных положений ГК РФ, суд установил обстоятельства и факты, имеющие значение для дела, с соблюдением требований ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, и пришел к верному выводу о том, что основания для признания спорной сделки недействительной истцом доказаны.
Статья 79 ГПК РФ обязывает суд назначить экспертизу, если в процессе рассмотрения дела возникают вопросы, требующие специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства или ремесла.
Так как обстоятельства психического состояния Х.И. в момент совершения спорной сделки и о его способности понимать значение своих действий и разумно ими руководить требовало специальных познаний в области судебной психиатрии, то суд обоснованно удовлетворил ходатайство истца и назначил по делу судебно-психиатрическую экспертизу.
Как видно из заключения комиссионной судебно-психиатрической экспертизы от 15.07.2011 года N 250, на вопрос суда о том, могло ли имевшееся у Х.И. заболевание психики препятствовать ему в полной мере осознавать, характер своих действий в момент совершения сделки по отчуждению спорного жилого помещения по договору купли-продажи от 18.01.2011 года, их правовые последствия, и руководить ими, комиссия экспертов дала ответ, согласно которому в юридически значимый период Х.И. обнаруживал признаки вялотекущей шизофрении с эмоционально- волевым дефектом личности, что лишало его возможности понимать значение своих действий и руководить ими.
Из материалов дела видно, что суд первой инстанции, оценив заключение судебной экспертизы по правилам ст. ст. 67, 86 ГПК РФ, с учетом разъяснения, содержащихся в п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении", пришел к выводу, который судебная коллегия считает правильным, о том, что выводы компетентными экспертами сделаны на основании анализа материалов дела, в том числе медицинских документов о состоянии здоровья Х.И., пояснений сторон. Заключение комиссионной экспертизы изложено в доступной форме, ясно для понимания, противоречий между исследовательской и заключительной частью не содержит и является надлежащим доказательством по делу, которое согласуется с другими допустимыми средствами доказывания в их совокупности.
Таким образом, при всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании и оценке обстоятельств и доказательств по делу, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для применения ч. 2 ст. 177 ГК РФ.
В то же время, при рассмотрении требований истца о признании за Х.И. права собственности на спорную квартиру, суд первой инстанции, правильно применяя последствия недействительности спорной сделки по купле-продаже квартиры в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 171 ГК РФ, не учел, что в силу ст. 8 ГК РФ во взаимосвязи со ст. 131 ГК РФ, право собственности на жилое помещение возникает с момента государственной регистрации перехода права собственности, а не с момента передачи денег, уплаченных за недвижимую вещь.
Ввиду неприменения указанных положений ГК РФ, подлежащих применению в этой части, решение суда, по мнению судебной коллегии, надлежит изменить в силу п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ, дополнив резолютивную часть решения выводом о том, что переход права собственности на квартиру N <...>, дом N <...>, по <...>, к Х.И. надлежит осуществить с момента передачи им Л.В.А. денежной суммы 620 000 рублей, полученной за спорную квартиру.
Руководствуясь ст. ст. 360, 361, 366 и 367 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Майкопского городского суда от 14 октября 2011 года изменить, дополнив второй абзац в резолютивной части указанного решения следующим выводом.
Переход права собственности на квартиру N <...>, дом N <...>, по <...>, к Х. осуществить с момента передачи им Л. денежной суммы 620 000 рублей, полученные за спорную квартиру.
В остальной части решение Майкопского городского суда от 14 октября 2011 года оставить без изменения.
Председательствующий
В.В.ТКАЧЕНКО
Судьи
В.М.МЕЙСТЕР
Е.А.ТХАГАПСОВА
Копия верна
Судья
Верховного Суда
Республики Адыгея
В.В.ТКАЧЕНКО
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)