Судебные решения, арбитраж
Найм недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья Московского городского суда Васильева Н.А., изучив надзорную жалобу осужденной Г. на приговор Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 21 февраля 2012 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 03 сентября 2012 года,
Приговором Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 21 февраля 2012 года
Г., ..., ранее не судимая,
- осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года N 26-ФЗ) на 2 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Срок наказания исчислен с 21 февраля 2012 года.
Этим же приговором осуждена Б.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 03 сентября 2012 года приговор оставлен без изменения.
Г. признана виновной в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.
Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В надзорной жалобе осужденная Г. просит применить положения ст. 73 УК РФ и изменить категорию преступления на менее тяжкую. Кроме того, ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанность ее вины и нарушения уголовно-процессуального закона.
Проверив представленные материалы, считаю, что надзорная жалоба удовлетворению не подлежит.
Вывод суда о виновности Г. в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается доказательствами, подробный анализ которых дан в приговоре.
Все собранные по делу доказательства проверены и оценены в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.
Доводы об отсутствии у Г. умысла на хищение денег потерпевшего Н.Д., так как она лишь занималась сопровождением сделки, заблуждалась в истинных намерениях Б. и С., являются несостоятельными.
Из показаний потерпевшего Н.Д., свидетелей Н.А. и К. усматривается, что Б., представившаяся работником Управы района..., предложила Н.Д. приобрести за 7 000 000 рублей квартиру N 64 по адресу: ..., корп. 1. При этом квартиру необходимо было оформить по договору социального найма с последующей приватизацией в собственность покупателя. По указанию Б. ей были передано 1 500 000 рублей. Квартира оформлялась на А., так как данные последнего отвечали всем требованиям необходимым для заключения договора социального найма. 08 октября 2010 года Г. передала Б. договор социального найма на квартиру, который та отдала К. и Н.А. Однако последние вернули договор Б., поскольку в нем отсутствовала печать и имелись грамматические ошибки. По требованию Б. ей передали еще 30 000 рублей для скорейшего исправления договора. В этот же день Б. получила от водителя исправленный договор, который та передала К. и Н.А. На следующий день Б. и Г. показали К. и Н.А. квартиру, после осмотра которой представители потерпевшего Н.Д. передали Б. 600 000 рублей. Подробно ознакомившись с договором социального найма на квартиру, у Н.Д. и его представителя возникли сомнения в его подлинности. На просьбу вернуть деньги, Б. стала уверять в подлинности договора и сообщила о необходимости передачи 7 000 000 рублей.
Свидетели С.И. и Ю. показали, что 08 октября 2010 года по просьбе Б. они передали Г. документы. Через 15 минут Г. дала им какие-то документы, которые они отвезли незнакомой женщине. В этот же день незнакомая женщина вернула документы, которые они передали Б. На следующий день они привезли Г. и Б. по адресу: ..., корп. 1, где последние вышли и отсутствовали примерно два часа.
Из показаний свидетеля Д. усматривается, что она работала в компании "...". В ее обязанности входило сопровождение сделок по продаже квартир по адресу: ..., корп. 1, в том числе квартиры N 64. С Б. и Г. она не знакома, данную квартиру им не показывала.
Заключениями эксперта установлено, что рукописная запись "Ш.И.Н." в договоре социального найма жилого помещения от 29 сентября 2010 года выполнена Г., а рукописная запись "С.П.В." вероятно выполнена Б. Оттиск гербовой печати от имени УДЖПиЖФ г. Москвы в ЦАО на третьем листе договора является изображением, выполненным способом цветной струйной печати при помощи копировально-множительного устройства.
Согласно показаниям свидетеля Ч. договор социального найма жилого помещения от 29 сентября 2010 года ДЖПиЖФ г. Москвы в ЦАО не выдавался. "Ш.И.Н.", якобы, подписавший договор, и С.О. в данном учреждении никогда не работали.
Свидетель К.И. также подтвердил, что договор от 29 сентября 2010 года не соответствует по форме действительным договорам социального найма.
Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения не имеется, причин для оговора осужденной не установлено.
Указанные доказательства достоверно подтверждают, что Г. являлась соисполнителем совершения мошеннических действий, выполняла вместе с соучастниками объективную сторону преступления, выразившуюся в хищении путем обмана и злоупотребления доверием денег у потерпевшего Н.Д. При этом о наличии группы лиц по предварительному сговору свидетельствует характер действий соучастников преступления, выразившихся в четком распределении ролей каждого из участников группы, объединившихся для совершения мошеннических действий, целью которых являлось незаконное завладение деньгами. Б. во исполнение общего преступного умысла путем обмана и злоупотребления доверием ввела потерпевшего Н.Д. и его представителей в заблуждение относительно истинных намерений, которые отдали ей деньги в счет предварительной оплаты за приобретаемую потерпевшим квартиру. Б. и Г., создавая видимость законности совершаемой сделки, передали представителям потерпевшего Н.Д. поддельный договор социального найма на квартиру, а затем лично показали ее. При этом выполненная Г. рукописная запись в договоре социального найма в строке наймодатель "Ш.И.Н.", который в УДЖП и ЖФ г. Москвы в ЦАО не работал, подтверждает, что Г. непосредственно участвовала в изготовлении фальшивого договора и осознавала противоправность совершаемых ею действий по завладению деньгами потерпевшего Н.Д.
В связи с этим, суд обоснованно постановил обвинительный приговор и правильно квалифицировал действия Г. по ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Наказание осужденной назначено в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновной и явно несправедливым вследствие суровости не является, а поэтому снижению не подлежит.
Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для применения ст. ст. 64, 73 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, не усмотрено.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебных решений, не допущено.
Кассационное определение соответствует ст. 388 УПК РФ. Суд кассационной инстанции в полном объеме рассмотрел доводы кассационных жалоб.
При таких данных судебные решения следует признать законными и обоснованными, а надзорную жалобу - не подлежащей удовлетворению.
Исходя из изложенного, руководствуясь ст. 406 УПК РФ, судья
В удовлетворении надзорной жалобы осужденной Г. на приговор Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 21 февраля 2012 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 03 сентября 2012 года, - отказать.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА ОТ 17.10.2012 N 4У/2-8235
Разделы:Найм недвижимости; Сделки с недвижимостью
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 17 октября 2012 г. N 4у/2-8235
ОБ ОТКАЗЕ В УДОВЛЕТВОРЕНИИ НАДЗОРНОЙ ЖАЛОБЫ
Судья Московского городского суда Васильева Н.А., изучив надзорную жалобу осужденной Г. на приговор Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 21 февраля 2012 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 03 сентября 2012 года,
установила:
Приговором Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 21 февраля 2012 года
Г., ..., ранее не судимая,
- осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года N 26-ФЗ) на 2 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Срок наказания исчислен с 21 февраля 2012 года.
Этим же приговором осуждена Б.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 03 сентября 2012 года приговор оставлен без изменения.
Г. признана виновной в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.
Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В надзорной жалобе осужденная Г. просит применить положения ст. 73 УК РФ и изменить категорию преступления на менее тяжкую. Кроме того, ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанность ее вины и нарушения уголовно-процессуального закона.
Проверив представленные материалы, считаю, что надзорная жалоба удовлетворению не подлежит.
Вывод суда о виновности Г. в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается доказательствами, подробный анализ которых дан в приговоре.
Все собранные по делу доказательства проверены и оценены в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.
Доводы об отсутствии у Г. умысла на хищение денег потерпевшего Н.Д., так как она лишь занималась сопровождением сделки, заблуждалась в истинных намерениях Б. и С., являются несостоятельными.
Из показаний потерпевшего Н.Д., свидетелей Н.А. и К. усматривается, что Б., представившаяся работником Управы района..., предложила Н.Д. приобрести за 7 000 000 рублей квартиру N 64 по адресу: ..., корп. 1. При этом квартиру необходимо было оформить по договору социального найма с последующей приватизацией в собственность покупателя. По указанию Б. ей были передано 1 500 000 рублей. Квартира оформлялась на А., так как данные последнего отвечали всем требованиям необходимым для заключения договора социального найма. 08 октября 2010 года Г. передала Б. договор социального найма на квартиру, который та отдала К. и Н.А. Однако последние вернули договор Б., поскольку в нем отсутствовала печать и имелись грамматические ошибки. По требованию Б. ей передали еще 30 000 рублей для скорейшего исправления договора. В этот же день Б. получила от водителя исправленный договор, который та передала К. и Н.А. На следующий день Б. и Г. показали К. и Н.А. квартиру, после осмотра которой представители потерпевшего Н.Д. передали Б. 600 000 рублей. Подробно ознакомившись с договором социального найма на квартиру, у Н.Д. и его представителя возникли сомнения в его подлинности. На просьбу вернуть деньги, Б. стала уверять в подлинности договора и сообщила о необходимости передачи 7 000 000 рублей.
Свидетели С.И. и Ю. показали, что 08 октября 2010 года по просьбе Б. они передали Г. документы. Через 15 минут Г. дала им какие-то документы, которые они отвезли незнакомой женщине. В этот же день незнакомая женщина вернула документы, которые они передали Б. На следующий день они привезли Г. и Б. по адресу: ..., корп. 1, где последние вышли и отсутствовали примерно два часа.
Из показаний свидетеля Д. усматривается, что она работала в компании "...". В ее обязанности входило сопровождение сделок по продаже квартир по адресу: ..., корп. 1, в том числе квартиры N 64. С Б. и Г. она не знакома, данную квартиру им не показывала.
Заключениями эксперта установлено, что рукописная запись "Ш.И.Н." в договоре социального найма жилого помещения от 29 сентября 2010 года выполнена Г., а рукописная запись "С.П.В." вероятно выполнена Б. Оттиск гербовой печати от имени УДЖПиЖФ г. Москвы в ЦАО на третьем листе договора является изображением, выполненным способом цветной струйной печати при помощи копировально-множительного устройства.
Согласно показаниям свидетеля Ч. договор социального найма жилого помещения от 29 сентября 2010 года ДЖПиЖФ г. Москвы в ЦАО не выдавался. "Ш.И.Н.", якобы, подписавший договор, и С.О. в данном учреждении никогда не работали.
Свидетель К.И. также подтвердил, что договор от 29 сентября 2010 года не соответствует по форме действительным договорам социального найма.
Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения не имеется, причин для оговора осужденной не установлено.
Указанные доказательства достоверно подтверждают, что Г. являлась соисполнителем совершения мошеннических действий, выполняла вместе с соучастниками объективную сторону преступления, выразившуюся в хищении путем обмана и злоупотребления доверием денег у потерпевшего Н.Д. При этом о наличии группы лиц по предварительному сговору свидетельствует характер действий соучастников преступления, выразившихся в четком распределении ролей каждого из участников группы, объединившихся для совершения мошеннических действий, целью которых являлось незаконное завладение деньгами. Б. во исполнение общего преступного умысла путем обмана и злоупотребления доверием ввела потерпевшего Н.Д. и его представителей в заблуждение относительно истинных намерений, которые отдали ей деньги в счет предварительной оплаты за приобретаемую потерпевшим квартиру. Б. и Г., создавая видимость законности совершаемой сделки, передали представителям потерпевшего Н.Д. поддельный договор социального найма на квартиру, а затем лично показали ее. При этом выполненная Г. рукописная запись в договоре социального найма в строке наймодатель "Ш.И.Н.", который в УДЖП и ЖФ г. Москвы в ЦАО не работал, подтверждает, что Г. непосредственно участвовала в изготовлении фальшивого договора и осознавала противоправность совершаемых ею действий по завладению деньгами потерпевшего Н.Д.
В связи с этим, суд обоснованно постановил обвинительный приговор и правильно квалифицировал действия Г. по ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Наказание осужденной назначено в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновной и явно несправедливым вследствие суровости не является, а поэтому снижению не подлежит.
Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для применения ст. ст. 64, 73 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, не усмотрено.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебных решений, не допущено.
Кассационное определение соответствует ст. 388 УПК РФ. Суд кассационной инстанции в полном объеме рассмотрел доводы кассационных жалоб.
При таких данных судебные решения следует признать законными и обоснованными, а надзорную жалобу - не подлежащей удовлетворению.
Исходя из изложенного, руководствуясь ст. 406 УПК РФ, судья
постановила:
В удовлетворении надзорной жалобы осужденной Г. на приговор Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 21 февраля 2012 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 03 сентября 2012 года, - отказать.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "REALTIST.RU | Теория и практика управления недвижимостью" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)